– Что? – ахнула я. – Почему я? Ты сказал, что семейные встречи только для своих.

– Кассандра хочет, чтобы ты выступила, как свидетель, – ответил Ястреб. – Ты помогла остановить взрыв, поэтому у семьи к тебе есть особые вопросы.

Бестелесный голос не унимался.

– Ответ не распознан. Вы принимаете предложение по перемещению в Игре?

– Игровая команда. Принимаю предложение по перемещению в Игре, – сказал Ястреб и исчез.

Я сглотнула. Мне предстояло увидеться со всеми Игроками-основателями Небес в знаменитом Амфитеатре.

– Игровая команда. Принимаю предложение по перемещению в Игре.

Глава 28

В Амфитеатре проходили самые важные собрания Игры. Он часто появлялся в новостных каналах. Дизайн был скопирован со старых римских амфитеатров: овальное поле, окружённое сиденьями. Но за стенами ни земли, ни города. Беломраморное чудо парило в чёрном пространстве, усыпанном яркими звёздами.

Игротехники меняли размер Амфитеатра в зависимости от необходимого количества сидений. Иногда он простирался в бесконечность, вмещая сотни тысяч людей. Порой в нём находились лишь несколько дюжин игроков. Сейчас в Амфитеатре сидели Игроки-основатели, которых было меньше тысячи.

Я стояла в самом центре сцены, наблюдая, как со всех сторон прибывают живые легенды. Они были одеты в золото и серебро, на плащах красовались гербы, а короны варьировались от простых обручей до огромных изукрашенных тиар.

– Джекс, – тысячекратно отразило эхо моё имя.

Голос принадлежал Ястребу. Я повернулась на звук и увидела, что Майкл машет мне с самого конца сцены. Я подошла и села рядом. Стулья по соседству были пусты, наверное, места резервировались для свидетелей.

– Мы будем сидеть здесь, пока нас не вызовут, чтобы задать вопросы, – сказал Ястреб. – Ты раньше бывала в Амфитеатре?

Я непонимающе взглянула, и он шлёпнул себя по лбу.

– Дурацкий вопрос. Слишком много на меня свалилось. Так вот, когда встанешь, каждое слово будет транслироваться на всю аудиторию. – Он хмыкнул. – Если ляпнешь что-то не то, может получиться неудобно.

Амфитеатр уже почти заполнился. Гости большей частью были облачены в серебро, лишь кое-где мелькали золотые уборы. Я изучала лица, знакомые с самого детства, и пыталась понять принцип.

– Женщины в золоте, а мужчины в серебре?

Ястреб кивнул.

– Сестринство носит золото.

– Сестринство, – повторила я. – То есть Игроки-основательницы объединились?

– Ну конечно. Их в десять раз меньше, чем мужчин. В начале пробного периода была куча проблем. Не со мной, разумеется. – Ястреб невинно развёл руками. – Я был хорошим, скромным мальчиком.

Я нахмурилась.

– А что, Игротехники не наводили порядок?

– Ну они старались как могли, но первые десять лет Игротехники были вне Игры, и сильно наказать кого-то не получалось. Разработка Игры выбилась из графика. У них в приоритете было нормально настроить чувства игроков, но и там не успели доделать запахи, например. Дизайн мира находился в жутком состоянии, везде зияли дыры. Деревья то появлялись, то исчезали, вокруг оставалась куча пустот без прописанных скриптов. При таком количестве забот неудивительно, что Игротехникам и в голову не приходило создать, например, тюрьму в Игре.

Он вздохнул.

– В какой-то момент несколько главных заводил поняли, что могут беспредельничать, и ситуация стала быстро выходить из-под контроля. Не всегда виной были мужчины, женщины тоже вытворяли всякое, но…

Он замолчал и сменил тему.