|
Не считая бесчисленного количества предметов, требуемых для удовлетворения потребностей Сен-Фона, я имела в своем распоряжении великолепный особняк в Париже и прелестное поместье возле Со в Барьер-Бланш - самое уютное гнездышко, какое можно себе представить; к моим услугам всегда была дюжина лесбиянок, четверо столь же услужливых горничных, секретарь, ночная служанка - она же сиделка, три экипажа, десяток лошадей, четыре лакея, подобранных по выдающимся мужским качествам и по размерам членов, и все остальное, необходимое для ведения большого хозяйства; за вычетом содержания челяди и прочих текущих расходов, мне оставалось два миллиона, которые я могла тратить на свои прихоти и капризы. Думаю, стоит сказать несколько слов о моей повседневной жизни. Начну с того, что каждый день я просыпалась в десять часов. До одиннадцати я никого не принимала, кроме самых близких друзей, после чего до часу дня продолжался мой туалет, на котором присутствовала вся челядь дома; приблизительно в час дня я давала приватную аудиенцию посетителям, которые приходили просить моей протекции, или министру, когда он бывал в Париже. В два часа я отправлялась в Барьер-Бланш, где мои опытные и обладавшие большим вкусом поставщики ежедневно демонстрировали мне очередную партию живого товара: четверых свежих мужчин и столько же свежих женщин, которым предстояло в полной мере удовлетворять мои безгранично извращенные капризы. Чтобы дать вам хотя бы приблизительное представление об этом товаре, скажу, что ни один из этих предметов не стоил мне дешевле двадцати пяти луидоров, а очень часто я платила в два раза больше, поэтому можете мне поверить, что я получала самые превосходные экземпляры обоего пола; на этих смотринах мне не раз попадались женщины и девушки из очень приличного и даже высшего общества, одним словом, в том торговом доме я вкушала сладчайшие наслаждения. К четырем часам пополудни я обыкновенно возвращалась в город и обедала с друзьями. Не стану описывать блюда, подаваемые к столу: ничто в Париже не могло сравниться с ними по роскоши, утонченности и обилию, кстати, я была очень строга к своим поварам и виночерпию и требовала от них исключительного усердия; впрочем, не буду останавливаться на этом, так как вы достаточно знаете мою требовательность в этих вопросах. Быть может, гурманство - не столь уж великий порок, однако я числю его среди самых своих любимых, ибо всегда считала, что если не довести до патологической крайности один, даже самый малый порок, невозможно насладиться по-настоящему всеми остальными. После поистине королевской трапезы я обычно отправлялась в театр или участвовала в утехах министра, когда был день его визита. Что касается моего гардероба, моих драгоценностей и украшений и моих капиталов, мне кажется, четыре миллиона будут слишком малой цифрой, чтобы оценить их, несмотря На то, что к тому времени мое знакомство с господином де Сен-Фоном длилось не более двух лет. Половину этой суммы я держала в золоте и часто, по примеру Клервиль, раскрывала крышки своих сундуков с сокровищами и предавалась среди них неистовой мастурбации. |
