|
- По-моему, вы даже как будто жалеете, что это не оскорбит Природу? - Ты верно поняла меня, дорогая, ибо меня всегда приводит в неописуемое отчаяние, когда в поисках истинного преступления я встречаю лишь предрассудки. И вот я спрашиваю небо - черт меня побери! - когда же мне удастся совершить по-настоящему злодейский поступок? Мы велели привести юношу, которого облюбовала Клервиль. - Наверное, нам понадобится палач? - спросила я. - Неужели ты считаешь, что мы сами не справимся? - усмехнулась она, и я, смутившись, замолчала. Мы препроводили свою жертву в соседнюю камеру, где было приготовлено все необходимое для того, чтобы сделать смерть юноши мучительной; агония его была медленной и ужасной; мы долго кромсали его тело, а эта дьяволица Клервиль с удовольствием пила его кровь и даже съела одно из яичек. Признаться, мое удовольствие было намного меньше, так как в любом случае мне больше нравится убивать женщин, но как бы то ни было, я испытала несколько полноценных оргазмов. Покинув комнату пыток, мы направили свои стопы в следующую. Я предложила зайти туда, где обыкновенно развлекались любители особо извращенных пыток, и добавила, что если даже нам не захочется принять в них участие, мы просто полюбуемся. В следующей комнате мы увидели мужчину средних лет, как оказалось, священника, который, подвесив к потолку за волосы пятнадцатилетнюю девочку, с большим удовольствием вонзал в ее тело длинную иглу, и весь пол вокруг него был уже забрызган кровью. Едва успели мы войти, истязатель оставил жертву в покое и принялся содомировать Клервиль, с рычанием вгрызаясь в мой зад. Другой распутник хлестал кнутом грудь и лицо красивой девушки лет двадцати; он ограничился тем, что любезно предложил нам помочь ему. Третий подвесил свою жертву за лодыжку и, надо признать, сделал это с большим искусством; мы вдоволь посмеялись над этим комичным зрелищем: жертва, превосходно сложенная девушка, была не старше восемнадцати лет и висела в таком положении, что ее промежность была широко раскрыта, и злодей сосредоточенно обрабатывал ее вагину деревянным членом, утыканным гвоздями. Увидев нас, он попросил Клервиль взять девочку за свободную ногу и растянуть ее как можно шире; меня он заставил опуститься на колени и ласкать ему одной рукой член, другой - задний проход; это продолжалось довольно долго, и когда мы отошли, забрызганные кровью, мертвое тело все еще кровоточило. Четвертым в комнате был пожилой судейский чиновник; он привязал к решетке камина прелестную двенадцатилетнюю девочку и при помощи ручной жаровни с раскаленными углями, которую он то и дело прижимал к ее телу, сантиметр за сантиметром поджаривал бедняжку; можете себе представить, какие стоны испускала ее несчастная душа, стремившаяся вылететь из истерзанной плоти. |
