«Как будто нам есть куда идти», — подумал Гарри, кладя трубку.

Он вспомнил Энрике с Пако и громко прошептал:

— Я же просил ее не ехать.

Врач и Толхерст прибыли одновременно. Первый — испанец средних лет — все еще смаргивал сон с глаз. Он подошел к Барбаре, и она объяснила ему, что случилось. Толхерст с удивительным спокойствием окинул взглядом лежащего на полу Берни и забрызганную кровью Барбару.

— Это мисс Клэр? — тихо спросил он у Гарри.

— Да.

— Кто этот человек?

Гарри набрал в грудь воздуха:

— Он служил в интербригаде, его три года незаконно держали в трудовом лагере. Он наш старый друг. Мы планировали спасти его, но не вышло.

— Иисусе Христе, вот что я скажу… — Толхерст глянул на Барбару. — Вы двое лучше прошли бы в мой кабинет.

Барбара подняла взгляд:

— Нет, я медсестра. Я готова помочь.

Врач посмотрел на нее добрыми глазами и тихо проговорил:

— Нет, сеньорита, я справлюсь сам.

Он начал снимать повязку. Гарри увидел под ней красную плоть и белую кость. Барбара, глядя на рану, сглотнула.

— Вы… вы поможете ему?

— Будет лучше, если вы все оставите меня, — сказал доктор, поднимая руки. — Пожалуйста.

— Пошли, Барбара.

Гарри взял ее за локоть и помог встать. Вслед за Толхерстом они покинули комнату и поднялись наверх по темной лестнице. Во всем здании зажигался свет в окнах, раздавалось бормотание — ночные сотрудники готовились взяться за разрешение кризиса.

Толхерст включил свет в своем кабинете и жестом пригласил их сесть.

Гарри подумал: «Я был здесь только вчера, только вчера. В другую эпоху, в другом мире. София была жива».

Саймон устроился за столом, его пухлое напряженное лицо выражало чуткую настороженность.

— Ну ладно, Гарри, рассказывай, что случилось. Что это за чертовщина — Маэстре убит?

Гарри поведал ему всю историю, начиная с того, как Барбара пришла домой к Софии и сообщила им о своем плане, до последних событий сегодняшнего дня. Толхерст то и дело поглядывал на Барбару. Она провалилась в кресло и смотрела перед собой остекленевшим взором.

— Вы провернули все это втайне от Форсайта? — в какой-то момент резко спросил у нее Толхерст.

— Да, — ответила она безразличным тоном.

Гарри описал поджидавшую их засаду.

— Софию застрелили, — сказал он, и его голос впервые дрогнул. — Я спросил Маэстре — зачем? И он сказал — потому что испанцев нужно воспитывать.

Толхерст протяжно выдохнул.

«Помоги нам, Толли, — мысленно взмолился Гарри, — помоги нам!»

Он рассказал, как им удалось сбежать. Тут Толхерст снова посмотрел на Барбару круглыми глазами:

— Вы переехали одного человека и застрелили другого?

— Да. — Она встретилась с ним взглядом. — Они не оставили мне выбора.

— Пистолет сейчас у вас? — спросил Саймон.

— Нет. У Гарри.

— Дружище, отдай его, пожалуйста, мне, — сказал Толхерст, протягивая руку.

Гарри достал из кармана маузер. Толхерст убрал пистолет в ящик стола, поморщившись при виде крови. Он аккуратно вытер пальцы платком и подался вперед:

— Плохо дело. Убит министр правительства, к убийству причастен сотрудник посольства. И это после того, что вчера сказал Франко Хору. Черт! — Он покачал головой.