Все, что думал,

Он высказал мне.

«Блажени алчущие и жаждущие правды, яко тии насытятся».

ПРАВДА

Ярлык прицеплен. Выдан нумер.

Заказан погребальный хор.

Я знать хочу, за что ты умер,

И прочитать твой приговор.

Я знать хочу, какая сила –

Пред тем же кованым крестом –

Тебя помоями чернила

И златом мазала потом.

Я знать хочу, как месят войны.

Я знать хочу, кто выдал план

Концлагерей в полях привольных

И гнойных пограничных ран.

Как строят розовые тюрьмы

И сумасшедшие дома.

Зачем листы кидают в урны,

От выбора – сходя с ума.

Вы, плотники и хлебопеки!

Медсестры и гробовщики!

Вся ваша правда, человеки.

Вам кривда будет не с руки.

И в этом мире, где дощатый

Настил – над пропастью прогнил,

Я знать хочу, кто – виновато,

Кто – без вины себя хранил!

Кто двадцатипятисвечовый,

Сиротский свет в ночи лия,

Вставал с постели вдруг в парчовой,

Заместо нищего белья,

В пророческой, рассветной ризе,

И разверзалися уста,

Чтоб вытолкнуть слова о жизни,

Где Правда,

Кровь

и Красота.

ФРЕСКА ВОСЬМАЯ. КЛИНКИ ЗВЕЗДНЫХ ОГНЕЙ

КСЕНИЯ НА ФРЕСКЕ

…Там бесы Адовым покойникам –

Льют в глотки татям и разбойникам

Расплавленное серебро;

А я?! Чем провинилась, Господи?!

Одним лишь поцелуем – горечью

Спалившим голое нутро.

Одним объятием торжественным,

Где не мужчина и не женщина –

Две железяки запеклись,

Те два гвоздя с Кургана Лысого,

Кровь по сугробам – зверья, лисова…

…На фреске, грешница, меж рисинами

Огня, между котлами, крысами,

Кричу, подъяв лицо неистовое:

“Ты моя жизнь.

Ты моя жизнь”.

ВИДЕНИЕ ПРАЗДНИКА. СТАРАЯ РОССИЯ

От звонниц летит лебедями да сойками

Малиновый звон во истоптанный снег!

Девчонкой скуластой, молодушкой бойкою

Гляжу я в зенит из под сурьмленных век.

Небесный прибой синевой океанскою

Бьет в белые пристани бычьих церквей!

Зима, ты купчиха моя великанская,

Вишневки в граненую стопку налей!

Уж Сретенье минуло – льды его хрустнули! –

Святого Василья отпели ветра –

Румяная, масленая и капустная,

И зубы орехи со сластью ядра,

В платке снеговейном, по коему розами –

Малина и мед, раки, окорока,

И свечи в приделах – багряными грозами,

Белуги, севрюги – кистями платка! –

В брусничном атласе, с лимонными бусами,

В браслетах и килечных, и сельдяных,

С торосами семги, с варенья турусами,

С цукатами тяжких серег золотых,

Со бронзой копчушек каспийских, поморских ли,

С застылыми слитками сливок густых,

С рассольными бочками, словно бы мордами

Веселых до глупости псов молодых, –

С гудками и крыльями райских раешников,

С аджикою плотницкого матерка,

С торчащими черными гривами елками

Над холкой февральского Горбунка, –

Красавица! Радость моя незабвенная!..

Соболюшка!.. Черные звезды очей!.