На спуске с пригорка, около реки, стояли две девушки. Одеты они были в кожанки, но все‑таки более‑менее прилично. Бутафорских мечей у них не было. Однако вели они себя странно. Пристально смотрели друг на друга, переминаясь с ноги на ногу. Я посмотрел на них истинным зрением. Светлая и Темная пялились друг на друга, а между ними проскакивало что‑то вроде крохотных электрических разрядов. Хотя обе они в поле истинного зрения смотрелись вполне обыденно, кто из них к какой Силе принадлежит, я разобрался сразу. Как? Сам того не знаю. И еще тотчас понял, что они из второго поколения, как и знакомый Олега Виталий. Как – объяснить тоже не смогу. Кстати, в той компании на аллее из бессмертных первого поколения кроме Олега были семнадцатилетний мальчуган и мужичок – любитель настольного тенниса.

Трое Первых в одном месте. Не много ли это?

Олег остановился и пристально посмотрел на девушек. Те замерли. Олег потянулся к поясу и сжал кулак. Странно, почему я не вижу Меча?

– Прекратить!

– И что ты нам сделаешь? – язвительно процедила Темная.

Олег отпустил рукоять невидимого Меча:

– Сниму с вас штаны и отшлепаю по заднице. Девушки озадаченно посмотрели на Олега.

– Хочешь помочь? – спросила теперь Светлая. – Ты же на стороне Света, так помоги мне. Она и так давно вмешивается в мои дела. Увела парня, который в будущем станет известным поэтом. Теперь науськивает его на Тень.

– В любом другом месте я, быть может, и вмешался бы. Но здесь, здесь я чту обычай. Разве тебе не говорили, что вся территория Ленинского проспекта с прилегающими к нему улицами, а также старый и Новый Арбат, место двух храмов и Филевский парк в этом городе нейтральны?

– Я думала... что здесь это касается только Эгладора.

– Две остановки на метро – и разбирайтесь сколько угодно. А так я просто лишу вас истинного зрения на пару лет, и все. Вопросы есть?

Ошарашенные девушки замолчали. Не знаю, что уж их так напугало. Может быть, Меч или сама невозмутимость Олега. Не знаю.

Олег пошел дальше.

Он долго стоял у воды и глядел куда‑то вдаль, пока не подошла какая‑то пьяная компания и не начала орать. Тогда Олег двинулся обратно. Он еще раз обошел место тусовки. Кое с кем попрощался и двинулся к остановке. Зашел в любимый всеми нами ларек «Еда», где пиво было дорогое, но его стабильно брали, купил «Балтику № 9». Нет, честно! Я был рад, что наши вкусы совпали. Кто‑то говорит, что крепкое пиво – это «ерш», но я так не считаю. Хорошее пиво! Правда, сейчас другие пивоваренные компании тоже стали выпускать крепкие сорта, но старые поклонники «Балтики», в их числе и я, остаются верны «девятке».

Олег сделал пару глотков и зашел в переход, ведущий к остановке троллейбуса. Я шел за ним и бешено прокручивал в голове полученную информацию, силясь соединить обрывки в единое целое. Бессмертные не воюют между собой. Они воюют за людей. Бессмертные имеют нейтральные места. С Арбатом понятно, Фили – это Горбушка, тоже ясно, но что это за место у двух храмов? Ага, понял! Я сам там бываю часто. Спорткомплекс «Олимпийский» – это единственное место в Москве, где наиболее близко друг к другу расположены православная церковь и мечеть. Бессмертные тоже любят книги. Не исключено, что и сами пишут, как некий Том Вилсон, Шаграй из Нью‑Йорка.

И что из всего этого следует? Кто бы знал!

Олег не спешил домой. Он отправился к памятнику Ленину, где тоже собиралось порядочно неформального люда. Сейчас, когда Эгладор власти разогнали окончательно, народ собирается чаще всего у памятника. Да и то в основном пьянь всякая.