– Не помню, – ответила девушка. – Я и сама старалась вспомнить.

– Повторите ещё раз слова напавшего на вас.

– Долго же ты заставляешь себя ждать, – послушно повторила Анна.

– Вы хорошо их запомнили?

– Да, они буквально врезались мне в память.

– По этим словам невозможно понять, мужчина или женщина их произнесли, – проговорила с сожалением Андриана Карлсоновна.

– Да. Мне тоже очень жаль, – ответила Анна.

– Теперь расскажите мне, пожалуйста, кто знал, что вы беременны?

– Данила, – едва слышно пролепетала Анна.

– Откуда?! – удивилась сыщица. – Зачем вы ему сказали?

– Я не говорила, – ответила Анна.

– Тогда как же он узнал?

– Мне стало плохо после всей этой нервотрёпки. Андрей пропал, Валя попала в больницу. Мой организм не выдержал. – Она замолчала, потом добавила: – Короче, Данила вызвал «Скорую». Врач принял Данилу за моего парня и высказал ему своё недовольство… Но Данила обещал мне, что он никому ничего не расскажет! – вырвалось у Анны горячо.

«Она защищает его», – подумала про себя Андриана Карлсоновна машинально. И спросила:

– Вы не помните, с кем вы встречались перед нападением, с кем разговаривали?

– Только с Валей, сестрой Андрея, ведь у нас общая беда.

– Понимаю… Вы говорили ей о том, что беременны?

– Да. В тот день, что зашла к ней, справиться о её самочувствии.

– А раньше она не знала?

– Нет.

– И как она отреагировала на ваше сообщение?

– Обрадовалась, что останется продолжение брата.

– Вы не помните, муж Валентины, Родион Михайлович, был дома?

– Нет, его не было.

– Это точно?

– Точно, – кивнула девушка.

– Расстались вы с Валентиной мирно?

– Какой там, – махнула рукой Анна.

– Что так?

– Сначала всё было хорошо, но потом Валентина стала убеждать меня, что Данила убил Андрея. Я стала ей возражать. И тут она словно с цепи сорвалась. Я до их пор не могу взять в толк, почему она так разъярилась.

– А какие раньше были отношения у Валентины Юрьевны и Данилы Богуславского?

– Не знаю. Я особо в это не вникала. Но, по-моему, нормальные были отношения. Ведь Андрей и Данила долго дружили.

– Вы не знаете, почему Гурьянова так неожиданно взъелась на Богуславского?

– Знаю, – вздохнула Анна. – Кто-то сказал ей, что Данила в меня влюблён.

– И это так, на самом деле?

– Я не знаю, – грустно отозвалась девушка.

– Кроме Гурьяновой и Данилы, ещё кто-то мог знать о вашей беременности?

– Не думаю. Я ведь даже маме не сказала.

– Почему?

– Боялась.

– Чего?

– Вдруг не доношу, и мама расстроится.

– А что говорит сейчас врач?

– Уверяет, что всё будет хорошо.

– Вот и слава богу, – облегчённо вырвалось у Андрианы Карлсоновны. – Вы, Анечка, поправляйтесь. А я пойду.

Сыщица уже дошла до двери, когда Суздальцева окликнула её:

– Погодите минуточку, Андриана Карлсоновна!

– Что такое? – обернулась Андриана.

– Я хотела вас спросить…

– Спрашивайте.