— Она отправилась на Холм. Ушла минут двадцать тому.

— На Холм?! — воскликнула Мэри. — Чего ради она отправилась туда сейчас?

Холмом именовали почтовое отделение, располагавшееся на небольшой возвышенности в отдалении. Сама Люси никогда не получала писем, но всегда сопровождала Мэри, когда та проверяла свой почтовый ящик в надежде получить весточку от Перси.

В кованые чугунные ворота с грохотом вкатила запряженная лошадью карета.

— Счастливого пути, мисс Мэри, — провозгласил Сэмюэль, и все мысли о Люси вылетели у нее из головы, как пыль из-под колес.

— Слава Богу! — воскликнула Мэри.

Сэмюэль погрузил ее багаж и уже собирался помочь ей подняться в двухместное нутро кареты, как раздался знакомый голос:

— Мэри! Мэри! Сэмюэль, не отпускайте извозчика!

— Это мисс Люси, — безо всякой необходимости пояснил Сэмюэль.

Мэри вздохнула.

— Боюсь, вы правы.

Она смотрела, как к ней, приподняв подол старомодного платья, приближается маленькая фигурка, и ощутила прилив раздражения, за которым сразу же последовало раскаяние. Раздражение от того, что эта девчонка вцепилась в нее, словно пиявка, с самого первого дня в Беллингтон-холле, а раскаяние - потому что Люси была ее единственной подругой, не считая Аманды. Мэри с негодованием смотрела на бывшую соседку по комнате.

— Зачем тебя понесло на почту, ведь ты знала, что я должна успеть на поезд?

— Чтобы забрать вот это. — Люси помахала перед лицом Мэри каким-то конвертом. — Подвинься, я еду с тобой. Сэмюэль, скажите мистеру Джексону, чтобы молочник на обратном пути завернул на вокзал и забрал меня, хорошо?

— Мисс Пибоди сожрет вас с потрохами, — предостерег ее Сэмюэль.

— Да какое мне дело? — небрежно отмахнулась Люси, подсаживая Мэри в карету и подбирая юбку, чтобы последовать за ней.

Мэри неохотно подвинулась, освобождая место для пышных оборок подруги.

— Что это? — осведомилась она, показывая на конверт.

Люси драматическим жестом извлекла сложенное вчетверо письмо.

— Это - мой пропуск на работу. Перед тобой новая учительница французского языка школы Мэри Хардин-Бейлор в Белтоне, штат Техас.

Мэри прикусила нижнюю губу, чтобы ничем не выдать разочарования. Втайне она надеялась, что Люси не получит этого места. Белтон находился всего в нескольких часах езды от Хоубаткера, и это станет для нее постоянной головной болью. В выходные дни, когда Мэри будет наводить порядок в Сомерсете и ухаживать за матерью, Люси будет ожидать, что ее примут на Хьюстон-авеню. Мэри испытывала бы совсем иные чувства, если бы та приезжала к ней из симпатии и дружеского расположения, но они обе знали, что это не так. Люси терзалась безответной страстью к Перси, вспыхнувшей в тот день, когда они познакомились. Мэри стала для нее мостиком к Перси, а школа Мэри Хардин-Бейлор - входным билетом в Уорик-холл.

— Ничего не понимаю, — сказала Мэри. — Зачем тебе понадобилась эта работа именно теперь, когда Перси уходит в армию? Разве мисс Пибоди не предлагала тебе более высокое жалованье в своем пансионе?

— Зато какое удобное место, чтобы ожидать там возвращения Перси! — В светло-голубых глазках Люси вспыхнул детский восторг. — Кроме того, я буду находиться неподалеку от Хьюстон-авеню. Я постараюсь увидеть Перси, когда его отпустят домой на несколько дней, перед тем как отправить на войну. Ты ведь отведешьменя к нему, не правда ли... когда он приедет в отпуск? Она захлопала прямыми жесткими ресницами, сразу же становясь похожей на куклу.

«Ну и самонадеянная особа!» — подумала Мэри. С чего это Люси решила, что Перси захочет ее видеть?

— Люси, мальчики едут во Францию.