— Госпожа Л-Та, — отвечает Астролог стальным голосом, — это — воля почившего Государя.

— Он — не раб, — режет Снежная Королева. — Этого не будет.

— Уважаемая Госпожа, — в голосе Астролога появляется жалость, — не заставляйте меня обвинять вас в государственной измене.

— Никто не собирается опротестовывать завещание Государя, — тут же говорит Господин Л-Та. — Просто — резать без поединка, подростка, аристократа… Уважаемый Господин, вы же видите — он влюблён в Нового Государя…

— Тем легче простит, — говорит Астролог примирительно. — Вы-то меня понимаете, Господин Л-Та? Жизнь Нового Государя драгоценна. Династия Дома Государей — под угрозой. Совет трясется от страха, если Принц оцарапает колено — а ваша Уважаемая Супруга пытается настаивать на поединке!

— Смотритель Эу-Рэ по-прежнему имеет голос в Большом Совете? — спрашивает Снежная Королева глухо.

— Эу-Рэ сделал то, что на его месте сделал бы каждый, — Астролог отхлёбывает, наверное, "чаю" — и стучит чашкой по столу. — Брат Официального Партнера Нового Государя убил его сына. Естественно, как каждый верноподданный, он опасается за жизнь своего юного сюзерена. Совет с ним согласился — и довольно об этом.

— Вы его искалечите, — говорит Госпожа Л-Та сплошной болью. — Он ещё ребенок.

— Он отлично тренирован, — возражает Астролог. — И Время Любви для него уже настало. Очень здоровый Юноша из деревни. Это был один из резонов покойного Государя; вы знаете, покойная Государыня принадлежала к Семье Хэнн-Э, в высшей степени аристократична…. И болезненна… Метаморфоза… гм… чтобы спасти хоть одного из Принцев, Господину Придворному Врачу пришлось… Государь выбирал — и выбрал жизнь сына… После той ужасной трагедии он, конечно, не пожелал для наследника Юношу из слишком… близкого круга…

— Возвращение Семье Л-Та законного статуса непременно должно быть оплачено такой жертвой? — спрашивает Господин Л-Та.

— Да что за жертва! — отмахивается Астролог. — Да половина знатных Юношей через это проходят! Хотите, чтобы всё было как в древних летописях — принцы сражаются, а на крепостной стене, за бойницами — лучники, готовые пристрелить того, кто слишком далеко зашёл…

— Как жеребёнка… — повторяет Госпожа Л-Та. — Чистенького… того, кто верит, кого вы заставили полюбить… Ещё не испорченного всей этой дрянью…

У неё такой голос, что мне становится тяжело дышать.

— И-Вэ, — тихо говорит Господин Л-Та, — это же приведёт его на Вершину Горы… Наши внуки получат то, что всегда причиталось детям нашего рода. Родная, это всего лишь шипы на ступенях…

— Что ты можешь знать об этом, Дхо-Р? — тихо и яростно спрашивает Снежная Королева, в которой не осталось ни капли светского холода. — Что ты можешь знать об этой боли, о том, какова метаморфоза на вкус, о том, каково преданному? Что в наших детях — твое? Твой клинок в моём сердце?

— Ты несправедлива, — говорит Господин Л-Та еле слышно.

— Я честна. Ты — единственный мужчина в последнем поколении Л-Та, Дхо-Р, и это — благодаря моей любви и моему доверию. Ты знаешь — наш собственный поединок мог бы кончиться совсем иначе, если бы не моё решение. Я сделала всё, что можно сделать ради любимого. Наши дети уже вернули надежду твоей Семье, о которой так рыдали твои родители.