Ричард с неохотой взял бумаги в руки. Сняв очки в роговой оправе, он похлопал себя по карманам, пытаясь найти очки для чтения.

– Проклятие, я забыл возле кровати. У меня есть запасная пара в кабинете.

– Бенсон будет здесь через полчаса, – сказал Сэмми. – С ним приедут люди из особого отдела.

Ричуорт вышел. Сэмми слышал, как хлопнула дверь кабинета, и ему показалось, что повернули ключ в замке. Он подумал, что должен что-нибудь предпринять, но уже ничего нельзя было сделать.

Джин Ричуорт задержалась на пути из кухни, и Сэмми услышал, как она спросила через дверь.

–У тебя все в порядке, дорогой?

– Да-да, конечно, все в порядке, – ответил Ричуорт. – Не беспокойся, старушка.

Джин вошла в гостиную и, поставив поднос на низкий стол, села на кушетку рядом с Сэмми. Она налила кофе в чашки. Потом вдруг сказала:

– Вы не подумаете обо мне плохо, если я возьму вашу руку?

– Разумеется, нет, – ответил Сэмми. Она заплакала и извинилась, что ведет себя так глупо.

– Ничего, ничего. – Сэмми хотелось уйти или рассердиться, но он страшно устал, и в памяти возник образ отца, сидящего за своим письменным столом. Он вздрогнул, и Джин сказала:

– Как это, должно быть, тяжело для вас. Раздался выстрел, и почти сразу же – топот ног на крыльце у двери и звонок в дверь.

– Я открою им, – сказал Сэмми.

***

Было семь утра. Сэмми Самуэльсон сидел за угловым столиком в кафетерии на станции метро Паддингтон – перед ним стояла чашка плохого кофе и черствый круассан. Из бокового кармана пиджака высовывался авиабилет.

Американец опоздал на пять минут. Он взял себе кофе и кекс и поставил поднос на угол.

– Сэмми Самуэльсон, – представился Сэмми.

– Да, я знаю. – Лет сорока с небольшим, крепкого сложения, с ушами, прижатыми к голове, серыми глазами и широкими ладонями, американец был одет будто для загородной прогулки: брюки из грубой ткани, фланелевая рубашка, твидовый пиджак и крепкие ботинки. Выглядел он как профессионал, но не городской житель, и, видимо, обладал наследственно крепким здоровьем. Он повертел своей чашкой. – Должен сказать вам, Сэмми, что в Вашингтоне многие считают, что вы тот еще фрукт и от вас всегда одни неприятности. Во-первых, вы угробили кучу людей, работая на этих динозавров "холодной" войны. Затем, многие полагают, что в какой-то момент вы спасли задницу Кастро. В чем дело? Не выпали ли вы из вертолета на пути в Дамаск? Или все это – плод воображения?

Американец поднес ко рту чашечку кофе, но принюхался, и это его спасло. Он улыбнулся Сэмми кривой улыбкой – в этой улыбке, как и в его голосе, была какая-то насмешка над самим собой.

– Так что вы понимаете, я тщательно проверил вас. Если я приехал сюда, то потому лишь, что кое-кто, кого я знаю лично и кого очень уважаю, говорил мне, что можно доверять вам во всем, кроме собственной карьеры. – Он снова улыбнулся Сэмми. – Это высокопоставленные люди, так что вы не причинили им никакого вреда. Я решил, что могу рискнуть промочить ноги…

Сэмми вынул отчет Джорджа Росса о его сделках с американской стороной и передал своему собеседнику первые две страницы.

Американец быстро пробежал их глазами, потом выдохнул через выпяченные губы и сказал:

– Ну, черт возьми, и подарочек к завтраку. И чего же вы хотите, мистер Самуэльсон? Сэмми рассказал о Джей Ли:

– Она гражданка США. Я хочу, чтобы девушка могла чувствовать себя в безопасности и получила возможность строить свою жизнь заново.

– У нее есть деньги?

– Достаточно, – ответил Сэмми.