Роберт вернулся и принес "дайкири" для Трента и мятный чай для хозяина. Роджертон-Смит улыбнулся ему и легонько коснулся кисти его руки:

– Роберт, ты уже давно не навещал свою мать. Сейчас подходящее время для этого. Можешь взять машину. Вернешься в субботу. И не забудь сдать вещи в чистку.

Молодой человек заколебался: причины для беспокойства были очевидны. Роджертон-Смит успокоил его:

– Не волнуйся. Со мной все будет в порядке. Если мне не захочется самому готовить себе, я закажу обед в ресторане по телефону. А теперь поезжай, и по дороге заедешь в цветочный магазин. Купи роз, – добавил он вдруг, – желтых роз, по крайней мере дюжину, и пусть мама не забудет подрезать стебли перед тем, как ставить их в воду.

Когда за юношей закрылась дверь, он обернулся к Тренту:

– Приятно иметь деньги, мистер Трент, – даже когда, строго говоря, это не твои деньги.

– И вы даже не говорите – "Осторожнее за рулем", или – "Не забудь поставить машину в надежное место"?

– Упаси Бог, конечно, нет. Помимо всего прочего, я не имею права советовать другим, как себя вести.

– Вы можете только посоветовать им оставаться в стороне, когда видите, что они подвергаются опасности. У вас в компаниях работают итало-американцы, – продолжал Трент, – а они, по вашим словам, довольно грубы, а я бы даже сказал – свирепы и чертовски опасны.

– Да, вы правы, мистер Трент. Многие из них действительно чрезвычайно грубы и опасны. Должен сказать, что, когда я принимал их, я еще не знал, что это за люди. Возможно, не хотел знать – ведь очень трудно провести грань между сознательным и подсознательным. Кроме того, на меня сильно давили. У того человека, с которым я имел дело, были хорошие манеры, он казался воспитанным. Хотя этих людей, как мне кажется, всегда выдают мелочи.

– Выдают, вы говорите в настоящем времени?

– Да, мистер Трент. Было бы невежливо и утомительно играть с вами. Если хотите что-то у меня узнать – спрашивайте, и я отвечу, если сочту вопрос приемлемым.

– Извините меня.

– О, ради Бога, мистер Трент. По правде говоря, это я должен был бы извиняться, ведь это я – мошенник, укравший много денег, а теперь и замешанный в двух ужасных убийствах. Спрашивайте же.

Итак, Рок ко был первым из его итало-американских инвесторов. Трент спросил, представлял ли Рокко других, и насколько он был в курсе финансовых дел Роджертона-Смита. Тогда и сейчас.

– Значит, вы хотите проанализировать, мистер Трент? Очень смело с вашей стороны. – Роджертон-Смит на мгновение задумался, стараясь вспомнить. – Мистер Рокко – очень симпатичный человек и прекрасный управляющий ресторанами, но он несколько наивен в финансовых вопросах. В течение трех летних сезонов я регулярно обедал в ресторане Рокко и только после этого предложил ему стать компаньоном Ллойда, включив его в одну из своих надежных компаний. Ему было предоставлено право набирать других участников. Мистер Трент, я никогда толком не знал, становятся ли они жертвами обмана. Однако у его клиентов стали возникать серьезные проблемы. Когда суть их дошла до Рокко, он был потрясен. Именно они настояли, чтобы он зафрахтовал "Красотку", явно для того, чтобы их имена не всплыли в связи с какими-нибудь грязными делишками. Я догадывался, что дело связано с контрабандой, но и вообразить не мог, что дойдет до убийства.

– Никто не знает, что на борту "Красотки" оказалось золото на тринадцать миллионов. Завтра ночью я намереваюсь нырять там, – Трент развернул обложку журнала и бросил его в шезлонг.