Кейтлин заколебалась.

— Поступай, как сочтешь нужным, — решила она наконец. — Спасибо, Верити. Я никогда не забуду твоей доброты. — Взгляд ее снова остановился на картине, и художница застыла, как будто загипнотизированная своим творением.

Верити тяжело вздохнула.

— Думаю, никто из нас не забудет этого. — Отвернувшись от Кейтлин, она вышла из мастерской в серый коридор.

И чуть не сбила с ног Джонаса.

Прежде чем Верити успела испуганно вскрикнуть, он зажал ей рот и приложил палец к губам. Верити сердито насупилась, но согласно закивала головой. Тогда Джонас схватил ее за руку и быстро потащил вниз по лестнице.

В полном молчании они добрались до покоев Верити и закрыли за собой дверь. Джонас отстранился от Верити, засунул руки в карманы джинсов и принялся хмуро мерить шагами комнату.

— Что все это значит? — резко бросил он.

— А сколько тебе удалось подслушать? — осведомилась Верити.

— Достаточно. Эта больная носится с планами мести Кинкейду, так?

— Джонас, это все так ужасно… Та женщина, которую мы видели на постели… ведь это была Кейтлин! Кинкейд и Сэндквист изнасиловали ее здесь, в этом доме! Сэндквист мертв, поэтому Кейтлин хочет отомстить Кинкейду. Она задумала отказать ему в продаже «Кровавой страсти». Эта картина станет приговором Кинкейду, все признают в нем насильника, он будет навсегда опозорен. Неплохая месть, как ты думаешь? Несколько эксцентрично, но совсем неплохо.

Джонас внезапно обернулся и в упор посмотрел на нее. Его странные золотые глаза угрожающе заблестели.

— Итак, эта стерва с самого начала использовала тебя.

Проклятие! Я как чувствовал, что она чего-то добивается от тебя!

— Она хочет, чтобы в трудную минуту рядом с ней был друг, неужели это так много, Джонас? Мне кажется, ты-то как раз должен понять Кейтлин.

— Еще чего не хватало! Я не собираюсь терять время на разгадывание души этой омерзительной лягушки! С меня вполне хватает необходимости понимать тебя.

— Ты это серьезно? — угрожающе спросила Верити, моментально раздражаясь. Как ему только не стыдно?

Мало того, что ни капли не жалеет бедную Кейтлин, так еще и бравирует своей бесчувственностью!

— Абсолютно, — отрубил Джонас и взъерошил волосы. — Более того, только что я разговаривал с Эмерсоном и спешу тебя обрадовать — у нас прибавилось проблем.

— Ты звонил папе? А я и не знала!

— Меня интересовало, удалось ли ему выяснить что-нибудь о том чуваке, который напал на нас с пистолетом.

Как ни удивительно, на свете есть вещи поважнее проблем твоей тронутой Кейтлин.

— Не смей так говорить о ней!

— С какой стати? Я привык называть вещи своими именами.

— Нет ничего ненормального в желании отомстить, тем более за такое чудовищное преступление. Ну ладно, довольно об этом. Так что сказал папа?

Джонас, прищурившись, взглянул на нее.

— Он навел справки и выяснил, что тот стрелок не был подослан добрейшим Реджинальдом С. Ярингтоном.

Верити изумленно вытаращила глаза:

— Ты хочешь сказать, что Яриштон здесь ни при чем?!

— Нет. Ярингтон ответил Эмерсону отрицательно.

Твой отец считает, ему можно верить.

— Так, значит, это действительно был бродяга, искавший ночлег?

— Похоже. Но с каждым днем все слишком усложняется, Верити. Мне это совсем не по вкусу. Я попросил Эмерсона намекнуть копам хорошенько проверить нашу дражайшую Кейтлин.

— Кейтлин?!

— Ее самую.