Дверь с улицы распахнулась и дежуривший на улице Пузырь втолкнул в неё человека в спортивной куртке и спортивных брюках, с низко наклоненной головой в лыжной шапочке.

— Братва, смотри кого я привёл! — возвестил Пузырь и сорвал с головы приведённого им шапочку.

Братки только дружно ахнули, задвигали стульями, вскакивая с мест. По плечам приведённого рассыпались длинные волосы, это была женщина.

— Смотри-ка, Калина, — сверкнул фиксами Горелый, — Пузырь нам ляльку привёл! Во лафа! Теперь будет чем позабавиться до вечера. И где ты её нашёл, Пузырь?

— Сама пришла, дурёха, — вовсю лыбился довольный собою Пузырь. Наверное, с первой электричкой приехала, хотела проведать дачку свою, вот и проведала.

— Ну что ж, заголяйся, знакомиться будем, — встал из-за стола Горелый, направляясь к женщине.

Валерий Соколов, по прозвищу «Соколик»

Московская область, станция Опалиха

Улица Дачная, дом 21

Среда 11 марта

4 часа 25 минут

Я стоял и смотрел в окно. Как только я сумел так тихо уйти! Всё же школа есть школа. Ничего просто так не забывается. Как только увидел фигуры во дворе, собрал сумку, снял ботинки, связал шнурки и повесил через плечо. В последний момент догадался взять Славку на руки. Он бы точно так тихо не прошёл.

Вышли мы через чёрный ход, тенью метнулся я к соседнему забору, мне повезло, что был он невысоко, Славку я подсадил, и он на удивление тихо соскользнул на другую сторону, но уже там чем-то зашумел, я птицей перемахнул следом за ним, подхватил его в охапку и увлёк за собой к соседнему домику. Замок открыть было делом техники. В доме пахло спёртым воздухом и пылью, но это ерунда. Я посадил Славку на кровать, велев не шевелиться, а сам прильнул к окну, наблюдая за только что покинутой дачей.

Когда я только услышал шум, подумал, что возможно это менты. Мог кто-то увидеть, как мы проникли на дачу и сообщить, могли просто засечь. Но когда вглядывался из окна в действия людей во дворе дачи, понял, что это бандиты.

Я стоял не шелохнувшись, наблюдая, как шаг за шагом, осторожно, подбирались они к дому, как тихо проникли в него, потом из дома вышли несколько бандитов и принялись обшаривать двор. Я напрягся. Сейчас решалось всё. Догадаются или нет бандиты, что мы перебрались через забор? Не оставил ли я где в спешке следов? Не захотят ли они хотя бы просто так, на всякий случай, пошарить в пустой соседней даче?

Они не догадались, следов мы не оставили, и в соседнюю дачу просто так, на хапок, не полезли. Пошарив по двору, по сараям, бандиты вернулись в дом. Я напряжённо ждал: уйдут или останутся в засаде? Теплилась ещё слабая надежда, что это всего лишь мелкие дачные воры, возможно, из местных. Время шло, но они никуда не уходили. Сомнений не оставалось — это были посланники по наши со Славкой души. Дело принимало скверный оборот. Становилось проблемой выйти из этой дачи, засевшие бандиты могли вести круговое наблюдение и мгновенно засечь нас. А мне нужно днём звонить Капранову.

Я пожалел, что из излишней осторожности не сообщил ему, где мы со Славкой находимся. Не рискнул. А он не спросил, вероятно, не желая подорвать доверие. А теперь я сам себе создал головоломные проблемы. И кто теперь знает, на сколько засели там эти бандиты? Не исключена возможность, что это те самые, которые перестреляли своих на кладбище, кемеровские, про которых рассказывал Капранов.

Тогда они могут вообще залечь тут всерьёз и надолго.