— Остальные ничего об этом не узнают, пока уже не будет слишком поздно. Хилари не глупа. Она и не собирается предупреждать их о том, что продает акции. Она просто хочет сделать так, чтобы они проголосовали за предоставление ей больших полномочий.

— А зачем им соглашаться дать ей больше полномочий?

— Здесь у каждого своя причина. Моему отцу явно просто не хочется опять заниматься делами компании. Он лучше будет играть в гольф. Дэррену нужна свобода действий, чтобы посвятить свою жизнь большой политике. Он, скорее, передаст руководство фирмой в руки того, кто пообещает поддерживать его предвыборную кампанию. Вики же всегда голосует так, как подсказывает ей муж, и она тоже мечтает о его политической карьере.

— И Элеанор тоже хочет, чтобы Дэррен получил возможность участвовать в выборах, — медленно закончила Фила. — Кроме того, она доверяет Хилари и чувствует, что должна ее поддержать. Она ей даст все, чего бы та ни попросила на собрании.

— Да.

— Но никто из них ее не поддержит, если они будут знать, что это принесет вред «Каслтон и Лайтфут». Почему бы тебе просто не объяснить всем, что происходит?

— Я же тебе сказал, что у Хилари есть время, чтобы замести следы. У меня нет никаких доказательств, только слухи из Калифорнии и папка по Трейнору, спрятанная в сейфе офиса в Сиэтле.

— А что в папке?

— К сожалению, ничего достаточно инкриминирующего, чтобы доказать мою точку зрения. Вчера днем я ее просмотрел. Обладая информацией, которую предоставили мои друзья, я понимаю, полученные материалы свидетельствуют о том, что Хилари ведет переговоры с Трейнором, но я не могу доказать, что она собирается продать ему часть «Каслтон и Лайтфут». Чтобы погубить ее сделку с Трейнором, я должен получить руководство над «Каслтон и Лайтфут». Я моту это сделать, если в августе получу назад свое место.

— Ты намерен снова получить должность исполнительного директора. Чтобы добиться этого, тебе нужна поддержка большинства держателей акций.

— Ты все поняла.

Фила посмотрела на грозу за окном.

— Ты правда считаешь, что моя поддержка убедит остальных тоже тебя поддержать?

— Это мой единственный шанс. Все сводится к тому, Фила, что, по моему мнению, ты можешь убедить хотя бы одного из них снова поверить мне.

— Кого? Твоего отца?

— Возможно. — Ник покачивал остатки виски в бокале. — Может, Дэррена.

— А Элеанор?

— Я думаю, она слишком убеждена, что Хилари — милостивая королева, которая поддержит Дэррена в его политической карьере. Как ты сегодня убедилась, Элеанор слишком бережет наше прошлое. Она не сможет тебе доверять, потому что ты была связана с Крисси. Она никогда не признает, что из этой истории с Мастерс могло выйти что-нибудь хорошее.

— А что, если я не смогу заставить других тебя поддержать?

— Тогда я проиграл, а «Каслтон и Лайтфут» пойдет ко дну.

— Ты идешь на большой риск.

— На рассчитанный риск, — поправил он с кривой улыбкой. — Это мое сильное место.

Конечно, это его сильное место. Вспышка ярости охватила Филу, и она повернулась к нему лицом.

— Скажи мне вот что, Ник. Когда ты впервые приехал ко мне, ты сделал это потому, что Элеанор попросила тебя забрать у меня акции, или же ты уже обдумывал способ использовать меня, чтобы получить контроль над компанией?

Он пожал плечами.

— Когда я узнал про тебя, то понял, что мне неожиданно выпал джокер.