— В этом есть смысл, — сказала Робота. — Она проведёт какое-то время в Обыкновении, а потом вернётся, чтобы выйти замуж за волшебника Хамфри, которому всё известно в любом случае. Так что особой разницы нет.

«СОГЛАСЕН».

— О, спасибо! — горячо поблагодарила Горгона. — И тебе тоже, Робота! Я запомню эту услугу. — Она замолчала, обдумывая свои слова. — Но никогда не выскажу вслух.

Затем они собрались в Обыкновению. Волшебнику Мэрфи и Вадне их представили проводниками. На этом компания из четырёх человек и одной големши распрощалась с КонПутером и отправилась в путь.

Путешествие заняло несколько дней, но обошлось без приключений. Невидимым мостом они проследовали через Провал и свернули к северу, миновав Северную деревню. Перед тем, как вступить туда, они как следует изгваздались в грязи, и никто их не узнал. Когда путники добрались до границы с Обыкновенией, Грею не понадобилось аннулировать губительную магию щита; тот был убран по приказу короля Трента. По этой причине они попали в другое время и место, отличное от того, где ранее пребывал со своей армией Трент.

— Ничего страшного, — успокоил всех Грей. — Граница автоматически запоминает вас, когда вы её переходите, и в какое бы время вы ни решили вернуться, вы попадёте в тот же период истории Ксанфа, который покинули. Плюс время, проведённое в Обыкновении. — О путешествиях во времени он распространяться не стал; их с Роботой случай был исключением из правил.

Как только магия исчезла, лицо Горгоны вновь стало видимым. Она блистала красотой так же, как и её сестра Сирена, и формы были такими же соблазнительными.

— Всё в порядке, — улыбнулась она. — Я привыкну.

Они убедились, что попали всё же в Италию.

— Хочешь, я научу тебя нескольким словам? — предложила Робота.

Горгона поразмыслила. Затем разгладила юбку и глубоко вздохнула.

— Я притворюсь немой девушкой, нуждающейся в защите приличного мужчины. Как считаете, это сработает?

Грей взглянул на её точёные черты лица и тело, достойное резца скульптора.

— Думаю, да. И всё же…

— Спасибо, — и она пошла прочь, в самое сердце кошмарной Обыкновении.

Вадн кивнула.

— Не сомневаюсь, что у неё всё получится.

— Как насчёт вас? — спросил Грей. — Где вы хотите жить? В Обыкновении много стран, и народы разговаривают на разных языках. Обычаи тоже отличаются.

Они погрузились в размышления.

— Ты кажешься честным молодым человеком, — сказал наконец волшебник Мэрфи. Он больше не помнил, что Грей — его сын, но они провели вместе несколько дней. — Отведи нас туда, где, по-твоему мнению, нам бы понравилось.

Грей медлил, и Пия знала причину: он боялся изменить собственное прошлое. Робота шепнула в его ухо: — Отведи их туда, где ты жил.

Поэтому он обернулся, чтобы взглянуть в последний раз на меняющийся цвет морских волн, и доставил их на другой континент, где говорили по-английски, и куда всё-таки позже нашёл свою дорогу аист.

На прощанье Грей ещё раз объяснил всё про языковые трудности, а Робота подсказала им несколько полезных слов и выражений, с которых можно было начать.

— Если я правильно понимаю, — сказал Грей, — когда обитатели Ксанфа попадают в Обыкновению, местные жители не настораживаются, поскольку думают, что они жили где-то поблизости всегда. Но законы и традиции изучить необходимо.

— Он не сказал, откуда ему это известно, — заметил Джастин. — Но совершенно точно — от родителей… тех самых, к которым он сейчас обращается.