|
Охотник прислушался. Вопли слинов стали отчетливей. Похоже, стая двигалась в нашу сторону. Имнак наклонился и сорвал с Одри капюшон, рывком поднял ее за волосы и поднес зазубренный нож к обнаженному горлу. Потом он снова швырнул девушку лицом в снег. Стая слинов шла в нашу сторону. Сомнений не оставалось. Крик Одри помог им сориентироваться. До этого они тщетно пытались определить наше местонахождение по запаху, доносимому редкими дуновениями ветерка. Уткнувшись лицом в снег, Одри тихо плакала. Я прислушивался к визгу приближающейся стаи. Имнак закончил выкладывать первый ряд самодельных ледяных кирпичей и приступил ко второму. Кирпичи первого ряда были два фута в длину и около фута в высоту и ширину. Во втором ряду располагались ледяные блоки поменьше, ставились они на первый ряд, образуя неровную ступеньку. — Барбара пропала, — сказала подошедшая ко мне Арлин. — Да, — ответил я. — Где она? — Не знаю. — Давай вернемся, — предложила она. Я посмотрел ей в глаза. Рабыня была неописуемо прекрасна. На мгновение меня охватила нежность. — Пожалуйста, давай вернемся, — просила Арлин. Неожиданно я вспомнил, что она всего лишь рабыня. — Прости меня, господин! — воскликнула девушка, падая на колени. Судя по звукам, слины приближались. — Возвращаться уже поздно, — сказал я. — Это слины? — спросила она. — Да. — Только не это! — в ужасе воскликнула невольница. Я посмотрел на стоящую на коленях девушку. Жалко, что такое прекрасное тело сейчас разорвут на куски. Она содрогнулась. Я прислушался. — Сколько у нас времени? — спросил я Имнака. Охотник не ответил. Быстрыми, точными движениями он продолжал рубить лед. — Имнак, — сказала Поалу, — тебе понадобится нож и лед. Смысла этой фразы я не понял. — Развяжи Поалу и всех остальных, — не отрываясь от работы, бросил охотник. Я развязал всех девушек и сказал Арлин: — Помогай разгружать вещи. Поалу присела на корточки и принялась разжигать лампу. Она несколько раз ударила друг о друга двумя железками. Искры упали на сухую траву. Лампа загорелась. Имнак закончил второй ряд кирпичей. — Тистл, — сказала Поалу Одри, — принеси чайник и кухонную доску. Очевидно, она хотела растопить снег для варки мяса и кипячения чая. Наш слин ни с того ни с сего запрокинул голову и издал пронзительный резкий вопль. — Сейчас начнется, — проворчал Имнак. — Может, прирезать его, пока есть время? — спросил я. — Свяжи ему челюсти и завяжи глаза, — сказал охотник. Я схватил веревки, которыми были связаны рабыни. — Я их вижу! — крикнула Арлин. — Вон они! Слин заметался, но я повалил его на снег и стянул челюсти веревкой. Затем я попарно связал все шесть лап. — Тащи его в укрытие! — распорядился Имнак. Отстегнув упряжь, я поволок слина в круг. |
