У него ушла минута на то, чтобы переварить её ответ.

— Я тебе неприятен.

Айседора глубоко вздохнула. Она могла солгать, сказав «да», но, откровенно говоря, совсем не находила сидящего перед ней мужчину отталкивающим. И подозревала, что он почувствует ложь.

— Нет, но я не наложница, которая спит с мужчинами по приказу, — она вскинула голову и вгляделась в его лицо. — Если вы привыкли, что любая женщина ложится в вашу кровать не просто охотно, но ещё и быстро, то почему дали императору срок в три дня?

— Когда я упомянул о возможности нашей связи, император принялся раздражающе тебя защищать. И несмотря на настойчивые заверения, что я хочу лишь тебя, пытался убедить меня выбрать другую, — Лукан поддался вперёд. — Я всегда получаю то, что хочу, Айседора.

Не на сей раз.

— Как вы можете убедиться, император меня не защищает. Он даже сократил отведённое время, чтобы вам не пришлось ждать слишком долго, и дал мне срок стать вашей шлюхой до завтрашней ночи.

— Раз ты уже здесь, нам необязательно ждать до завтра.

Айседора разочарованно закрыла глаза. Почему она решила, что сможет договориться с этим невыносимым человеком?

— Я не лягу в вашу или в чью-либо ещё постель по приказу.

Капитан широко улыбнулся.

— Ты хочешь ухаживаний, — произнёс он с такой уверенностью, будто разгадал все тайны вселенной.

— Нет.

Улыбка быстро растаяла, и Айседора подумала, что, возможно, до сегодняшнего дня никто и никогда ему не отказывал.

— Зачем же ты пришла, если не хочешь лечь со мной?

— Император пригрозил убить меня, если я ослушаюсь его приказа. Я пришла попросить вас сказать Себастьену, что вы передумали или соврать, что уложили меня в кровать и удовлетворены.

Сине-зелёные глаза потемнели.

— Он угрожал убить тебя?

— Да.

— Такое никогда не входило в мои намерения.

— Рада это слышать. Вы выполните мою просьбу?

Он снова посмотрел Айседоре в глаза. Без улыбки и без уже привычной ей надменности.

— Я подумаю.

— Я вверяю в ваши руки свою жизнь, — предупредила Айседора. — Если вы расскажете императору, что я попросила солгать, он меня убьёт.

— Так, значит, сейчас у нас секса не будет?

Казалось, его совершенно не беспокоит ни она, ни её отговорки, поэтому Айседора поведала ему об ещё одном затруднении:

— Наложницы на третьем уровне принимают лекарства, предотвращающие беременность. Я их не пила и если начну сейчас, зелье не успеет подействовать. Вы бросите меня здесь беременной? Привыкли оставлять за собой ублюдков везде, где побываете?

— Волшебники круга предсказали, что первый сын у меня появится в тридцать восемь лет. Сейчас мне тридцать шесть, значит, тебе не грозит опасность понести.

Она усмехнулась.

— Ты не веришь в магию?

— Я совершенно точно верю в магию.

— Значит, ты её боишься?

— Нет, просто отказываюсь идти на риск. Вдруг волшебник, предсказавший рождение вашего первого сына, недостаточно талантлив и оттого ошибся, — она наклонилась чуть ближе. — И что насчёт рождения первой дочери?

— Ты придираешься к словам, — неожиданно капитан Хен поднялся одним плавным движением.

Айседора отпрянула и зажмурилась, но всё же успела увидеть его целиком. Великолепного и возбуждённого. Весьма возбуждённого.

Ей на платье упала капля воды, потом ещё одна и следующая.

— Открой глаза, — мягкий, глубокий голос Хена прозвучал совсем рядом. — Ты вдова, значит, не увидишь у меня ничего нового.

Айседора медленно исполнила приказ. Его лицо находилось в дюйме от её собственного.