Меня интересует только Лили.

Мужчина поднялся и пошел вниз по склону холма, направляясь к малышке в полосатом купальном костюмчике, игравшей у кромки воды.

Завидев его, Лили тут же подбежала. Джаред подбросил ее высоко вверх, и девчушка громко засмеялась.

Ава поборола отчаяние и улыбнулась, потому что сегодня ее дочь обрела отца.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Джаред резко затянул тиски. Как это говорят? Тяжелая работа сгонит семь потов и охладит голову?

Он вытер лоб. Те, кто это придумал, ничего не понимают. Сейчас полдень, жара стоит невыносимая, а он не остыл ни снаружи, ни внутри. Злость накатывала каждый раз, когда он вспоминал об обмане Авы. Как она посмела украсть у него четыре года общения с дочкой?!

Джаред схватил кусок наждачной бумаги и стал полировать палочку для деревянной лошадки, которую мастерил для Лили. Он хотел, чтобы этот подарок стал началом, чтобы он понравился дочке.

Игрушка, которую он мастерил сейчас, была совсем не такой великолепной и затейливой с точки зрения резьбы, но это не имело значения. Важно то, что Лили получит ее сейчас, у нее появится какая-то вещь от него, которой она будет владеть и играть.

— Что тебя так гложет, Редвулф?

Джаред поднял голову и увидел на пороге мастерской Тима Донахью, старшего работника его ранчо, который смотрел на него из-под копны выгоревших на солнце волос с нескрываемым любопытством.

— Ничего меня не гложет.

Тим негромко засмеялся.

— Наверняка что-то такое есть. У тебя это на лице написано. — Он шагнул внутрь, подошел к верстаку. — Это для кого?

Джаред молчал. Он обещал Аве, что они пока ничего не будут говорить Лили, дожидаясь подходящего момента. Но распространялось ли это обещание на других? Ведь Тим его друг. И хотя он был лет на двадцать старше Джареда, за последние четыре года они почти сроднились. Тим стал человеком, которому Джаред доверял. Он знал всю историю с бегством Авы и знал, что она сейчас в Парадизе.

Джаред потер подбородок. Он ничуть не сомневался в многократно проверенной надежности друга, но хотел быть абсолютно уверен, что человеком, от которого его дочь узнает правду, будет он сам.

Джаред улыбнулся и уклончиво произнес:

— Это для девочки по имени Лили.

— Лили, вот оно что. — Тим широко ухмыльнулся, взял молоток и начал закреплять кожаные петли для уздечки лошадки мебельными гвоздиками. Этой девочке сколько же годков? Двадцать два?

— Скорее три с половиной.

Загорелое и обветренное лицо Тима выражало крайнее изумление.

— И зачем же ты крутишься возле трехлетних девочек?

— Я не кручусь.

— Тем более сейчас, когда здесь Ава?

Звук ее имени заставил Джареда вздрогнуть, и рука непроизвольно сжалась в кулак.

— Я уже говорил тебе, Донахью, между Авой и мной давно все кончено.

— Ну да, верно. Ты говорил. — Тим поскреб подбородок. — Так, может быть, лошадка, которую ты мастеришь, нужна тебе, чтобы подъехать к мамаше малышки Лили? Ну, ты молодец.

Джаред досадливо вздохнул.

— Тебе что-нибудь нужно, Донахью? Или ты явился, чтобы доставать меня?

Тим слегка пожал плечами.

— Я просто хотел помочь тебе, босс. Вот и все.

— Ну так и помогай тогда.

Хохотнув, Тим поднял вверх молоток.

— Ты знаешь, что это за предмет?

— Я думал, молоток предназначен для того, чтобы треснуть тебя по башке, как только ты задашь очередной глупый вопрос, — хмыкнул Джаред.

— Да, такое возможно, — задумчиво изрек Тим. — Буду чрезвычайно рад это доказать.