— Слушай, а как у тебя со временем?

— Нормально…

— Тогда придется заехать в магазин… У нас в доме шаром покати. Заедем?

Он кивнул и улыбнулся.

Сейчас они были похожи на семейную пару. И пусть это была только иллюзия, детская игра — он был счастлив. Потому что это было его мечтой.

Он, Рита и смешной Ник. Вместе…

Они подъехали к школе, и Ник вылетел им навстречу.

— Мама! Витя! — крикнул он, срывая с головы шапку и размахивая ею. — Я тут!

— Ник, — закричал Виктор, — немедленно надень шапку! Ты простудишься…

— Он «чепчики в воздух бросает» от радости, — заметила хладнокровно Рита. — Каждый раз, когда тебя видит…

Она перехватила мчащегося Ника и прижала к себе, счастливо вдыхая его запах. «Даже самая умная женщина становится немного самкой, когда она оказывается рядом с детенышем», — подумала она.

— Завтра мы с тобой весь день вместе, — пообещала она его — Сережкиным! — зеленоватым глазам.

— Так я тебе и поверил, — насмешливо усмехнулся Ник — по-взрослому.

— Честное слово!

— Правда, Никола, — сказал Виктор. — Лично прослежу, чтобы твоя мама от тебя далеко не отлучалась!

И мальчик поверил.

Он радостно крикнул и прыгнул на Виктора, зацепившись за его шею руками.

«А ему и в самом деле этого не хватает, — отметила про себя Рита, глядя на счастливое лицо Виктора. — Вот тебе еще один вариант… Он богат. Умен. Респектабелен. У него заботливая жена и две дочки подросткового возраста. А ему для счастья не хватает моего Ника…»

«И — тебя», — проговорил внутренний голос, но Рита заставила его замолчать.

Ее путь пролегает совсем в другую сторону. В ту сторону, где остался Сережа…

Он не включал свет, наблюдая, как комнаты заполняют серые сумерки. Темнота наплывала отовсюду, казалось, из углов появляются тени.

Ему наконец-то становилось легче. Дыхание стало спокойным. Мысли уходили, взбирались вверх по лестнице — как в песне, по лестнице на небеса…

«На сегодня мир кончается», — сказал он себе.

Встал, прошел на кухню. Достал бутылку вина.

Сегодня был день памяти. День, когда Таня растаяла во мраке. Ушла, прихватив его душу с собой.

Он глотнул вина, и вино обожгло гортань.

Отставив бутылку, он посмотрел в окно.

К дому подъехал серебристый «лэндкраузер». Дверцы распахнулись, выпуская на свободу мальчишку с огромным пакетом в руках, смешного и счастливого. Потом появилась та девушка, которую он встретил на лестнице. Девушка что-то сказала, и мальчишка звонко рассмеялся.

Из машины вышел и водитель, обнял девушку за плечи. Что-то сказал ей… Она благодарно улыбнулась и провела пальчиком по его щеке. Потом поцеловала его…

Он зажмурился.

Это было чужое счастье.

Это вообще чужая жизнь…

И все-таки он поспешил отойти от своего окна, как будто они могли его увидеть. Тогда вышло бы, что он подсматривает за ними. Как вампир, пьет чужое счастье украдкой. Маленькими глоточками.

— Ник! Пойдем! — раздался ее голос.

Она протянула руку. Мальчик уцепился за нее, и они пошли к подъезду.

— Рита! — окликнул владелец счастья. — Подожди! Я хоть помогу тебе занести пакеты!

— Я сама справлюсь, — ответила Рита и, смутившись, добавила: — Спасибо…

Дверь внизу хлопнула.