-  Это ужасно! - глухо проговорил он. - Это… это кощунственно! Как могли мои братья дойти до такого? Как могли они забыть, сколько добра вы для нас сделали? Ведь мы всем, всем на свете обязаны вам! Когда вы пришли, мы обрабатывали землю деревянными плугами, а вы дали нам уникомбайны, научили нас мелиорации, гидропонике, селекции. Вы пересадили нас с колесниц на гравикары и флайеры, помогли нам построить тёплые и уютные жилища, объяснили, как правильно организовать государство. До вашего появления многие наши дети умирали от простого насморка, а вы открыли нам тайны своей медицины, научили нас лечить болезни. Пока вас не было, мы много воевали друг с другом за жалкий клочок земли или лесного угодья, а вы взяли нас за руку, вывели в космос и сказали: «Смотрите, как много вокруг звёзд. Если вам тесно на одной планете, ищите себе другие и заселяйте их. В Галактике хватит места для всех». До вас мы молились жестоким богам, которые постоянно требовали жертвы, и альвы резали на алтарях других альвов, чтобы задобрить своих злых богов. А ваши миссионеры сказали: «Это неправильные, плохие боги. Одно мыслящее существо не должно убивать другого, это неугодно истинному Богу. Если вам нужно кому-то молиться, то молитесь нашему Господу - доброму и милосердному, который любит все свои созданья и не нуждается ни в каких жертвах»… Вы много для нас сделали. Вы поменяли нашу жизнь к лучшему и за одно столетие превратили нас в космическую расу. Вы всегда были нашими учителями, наставниками, старшими братьями. А теперь… теперь…

    Альв убрал лапы, и я увидел, что его глаза блестят влагой, а мех вокруг них мокрый.

    «Боже мой! - подумал я в растерянности. - Он плачет! Он в самом деле плачет…»

    -  Мир сошёл с ума, - между тем продолжал Шелестов, и в его голосе слышались чисто человеческие нотки горя и отчаяния. - Мои братья, мои далёкие потомки взбесились. Они потеряли память, они подняли руку на людей. Господь покарает их за это… Господь покарает всех святотатцев!..

    Альв снова закрыл морду лапами и теперь уже разрыдался по-настоящему.

    Шанкар поставил свой пистолет на предохранитель и отвернулся.

    -  Не могу… - пробормотал старик удручённо. - Это выше моих сил. Он не тот чужак, которого я с удовольствием пристрелил бы. Нам следовало сразу убить его, нужно было не сдерживать Арчибальда…

    Я испытывал похожие чувства. Будь передо мной пятидесятник, меня бы не остановили никакие рыдания и причитания. Мне было бы достаточно вспомнить про Вайолет… Но нет, лучше не думать об этом!

    После недолгих раздумий я подозвал к себе Сигурдсона и спросил:

    -  Вы ещё можете прикоснуться к этому… существу?

    Он бросил быстрый взгляд на рыдающего альва и кивнул:

    -  Да, могу. Это же мой… - Сигурдсон явно хотел сказать «друг», но вовремя прикусил язык. - Это совсем другой альв, чем… чем те, которых вы знаете.

    -  Я вижу. Однако для меня, для всех нас, он остаётся врагом. Нужно отвести её в шестую каюту, это у нас вроде каземата. Там уже сидит один человек, предатель, прислужник Иных. Думаю, он будет рад компании альва.

    Сидевший рядом Агаттияр тихо произнёс:

    -  Но будет ли сам альв рад его компании? Очень в этом сомневаюсь.

    4

    Встреча с «Валькирией» полностью переменила наши дальнейшие планы. Когда мы с Сигурдсоном водворили безутешного альва в шестую каюту и вернулись обратно, Шанкар предложил нам лететь не прямиком на Терру-Галлию, а в систему Пси Козерога.