— Знакомы? — Тара усмехнулась, — ребята, мы живём слишком долго, чтобы не знать кого-то из своих… есть же, однако, в этом какая-то злая ирония. Кстати, что он вам наплёл насчёт сердца? Такого, что даже Алая Ступень поверила?

— Что все потеряют разум, если не доставить его в определённое место… — я подумал секунду, и добавил, — в командный модуль корабля Великого Предка.

— Что ж… по крайней мере, он избегал прямой лжи. Показатель уважения, как-никак… наверно, так и удалось убедить Ступень. Должно быть, была какая-то ещё компенсация, но вы, ребята, об этом вряд ли узнаете.

— Вы… поможете нам? — спросил я, посчитав, что момент подходящий.

— Помочь вам? — Тара удивлённо подняла брови, — прежде всего, я хочу помочь самой себе. Кстати, мальчик, как Патрик уговорил тебя на обращение? — она снова пристально посмотрела мне в глаза.

Я уже заготовил честный ответ, но хозяйка опередила меня.

— Ах, вот оно что… — медленно произнесла она, — всё-таки не обошлось без хитростей и тайн… и всё бы так и осталось скрытым, если бы не глупая случайность с этими ребятами, которые убили Патрика…

— Хитростей? — удивился я.

— Мой мальчик… — Тара смотрела на меня, как мне показалось, с искренним сочувствием, — скажи, что это было? Ставлю на смертельную болезнь. Верно?

Я кивнул, чувствуя, как неприятно покалывают кончики пальцев. Мне не очень хотелось слушать то, что она скажет дальше.

— Конечно, болезнь… не кори себя — она была настоящей. Только вот её причина была далеко не естественной. В Мали есть сильные местные колдуны… дикие пограничники… они вполне могли такое сделать, за совсем небольшую плату. Удивительно только, как он смог уговорить тебя встретиться с колдуном. Впрочем, ладно. Наверняка он наплёл, что обращение можно отменить. Так?

Вот в этот момент у меня земля ушла из-под ног и перехватило дыхание. «Наплёл?». Что же значит — выхода нет? Я навсегда ночной?

— И это действительно так, — улыбнулась Тара, глядя на меня, — только он ведь не объяснил, как именно, да?

— Нет… — согласился я, — не объяснил…

— То есть, формально он тебе не врал. Ступени будет нечего предъявить, если вдруг Эльвира затеет процесс.

— И как? — вмешалась Соня, — как это сделать? Как его вернуть?

Тара вздохнула.

— Вам нужно будет ещё раз сделать кое-что невозможное, — сказала она, — но ведь у вас это, похоже, входит в привычку. Так?

— Возможно, — вздохнул я. В конце концов «сделать невозможное» это совсем не то же, что «невозможно совсем». Верно? Мне стало легче, — но давайте действовать последовательно. Нам надо нейтрализовать сердце. Время ещё есть, если Патрик сказал правду, но его всё меньше! Нельзя дать похитителям далеко уйти.

— О, они не собираются уходить далеко, — улыбнулась Тара, — им нужна наша святыня.

— Святыня? — переспросил я.

— То, что ты знаешь как командный модуль корабля Предвечного.

— Стоп. Вы знаете, где он находится?

— Мы его охраняем. От множества любопытствующих, — вздохнула Тара, — и у нас это неплохо получалось на протяжении веков.

— Постойте, но Патрик… — я почесал лоб, — он заставил на вычислить вероятное место, где он может находиться. Он об этом не знал?

— Об этом никто не знал, — кивнула хозяйка, — кроме меня. А теперь вот вас и тех, кто похитил у вас сердце.

— Постойте, — снова вмешалась Соня, — что-то не стыкуется.