Она раскинула руки, словно пытаясь обнять ржавые развалины, которые нас окружали.

Я вздохнул и поднялся на ноги. Голова всё ещё немного кружилась.

— Надо машину поставить нормально, — сказал я, и подошёл к внедорожнику со стороны днища, — как меня вытащили, кстати?

— Через люк, конечно, — Соня пожала плечами.

Точно. В машине же есть люк…

— Кто догадался выключить двигатель?

— Он сам заглох, — ответила напарница.

— Ладно. Надо упереться вот сюда. Поможете?

Китаянки довольно неохотно, как мне показалось, подключились к процессу. Однако наших сил хватило на то, чтобы вернуть тяжёлую машину на колёса.

— Это будет наша база, — сказал я, забираясь в салон, — припасы храним тут. С собой берём запас на день. Делаем вылазки вокруг. Ищем подсказки, как выбраться отсюда.

— Как скажешь, — ответила Сяоюй, пожав плечами.

Я попробовал завести двигатель. Один раз чихнув, мотор заработал, не выдавая никаких признаков неисправностей. Снова заглушив машину, я заглянул в багажник — проверить канистры с бензином, которые мы захватили на базе. Половина из них всё ещё оставалась полными.

Итак, транспорт у нас был.

— Может, сначала на машине территорию обследуем? — спросила Соня.

Я поглядел на огромную дюну, с которой мы скатились. В ту сторону точно не поедешь. А вот вокруг развалин — вполне себе. Я обратил внимание, что в паре сотен метров от места, где мы стояли, песок отступал, обнажая рыжую скальную породу.

— Не стоит, — ответил я, — надо сначала пешком разведать. Машина — наш самый ценный ресурс.

— Это так, — кивнула Сяоюй, — поэтому оставлять его без охраны будет неразумно.

— Думаешь, тут кто-то есть? — спросила Соня, настороженно озираясь.

— Место выглядит заброшенным, — ответила китаянка, — но мало ли кто может обитать в таких места, да?

С этим доводом спорить было сложно.

— Так. Значит, надо разделиться. Двое на двое. — Сказал я.

— И кто же останется на месте? — Усмехнулась Сяомэй.

— Давайте разобьём команды, — предложила Соня, — так будет надёжнее. Я могу остаться с кем-то из вас. Решайте.

— Уверена? — спросил я Соню на русском.

— Абсолютно, — ответила она, — так будет лучше.

Китаянки тоже о чём-то переговорили на своём. Потом Сяоюй сказала:

— Я иду. Сяомэй остаётся. На случай чего у нас получаются две полноценные команды.

— Добро, — кивнул я.

После этого я снова залез в машину и достал сердце, которое всё это время находилось рядом со мной на центральной консоли.

— Только это вот я, пожалуй, приберу подальше. Чтобы в глаза не бросалось.

Соня одобрительно кивнула.

Когда я нажал на кнопку закрытия багажника, поймал себя на том, что чувствую что-то странное. Похоже на ощущение взгляда.

— Соня, — тихо окликнул я.

— Что? — спросила напарница, ждавшая меня возле двери машины.

— Ничего не чувствуешь?

— Ребята, у нас гости, — Соню опередила Сяоюй, которая глядела куда-то вглубь ржавых металлических конструкций.

Я нащупал на поясе и расстегнул кобуру, которой разжился на базе в каньоне и переложил сердце в левую руку.

Человек прятался за одной из металлически колонн. Поняв, что его заметили, он медленно вышел из укрытия и направился к нам, выставив перед собой пустые ладони и улыбаясь белозубой улыбкой.

Это был мужик лет тридцати, черноволосый, спортивный. Даже, пожалуй, мускулистый.