Сяоюй вспыхнула, но благоразумно промолчала.

— Всё равно это не повод ломать рёбра… — заметила Сяомэй.

— Всё в порядке у него с рёбрами, — ответил я, — просто перепад давления. Он дыхание задержал. Вот результат.

— Да, да… — вмешался парень, — я в порядке. Не переживай.

В этот момент в комнату, где мы находились, вошла Соня. Она внимательно оглядела нас всех. Потом обратилась к Сяоюй, которая по-прежнему стояла возле Дамира, будто защищая от него лежавшего.

— И что тут происходит? Лучше бы вам объясниться, — сказала она.

Сяоюй выразительно посмотрела на Дамира. Я думал, она сейчас перейдёт на английский и, конечно же, это было ошибкой. Но она ответила на местном языке.

— Хорошо, — кивнула она, — если ты уверена.

Теперь Дамир посмотрел на меня. Кажется, он был готов выйти, приняв происходящее за семейные разборки.

— Да, — неожиданно для себя самого сказал я, принимая решение, — мы уверены. Дамир мой брат-каа. Таким так просто не разбрасываются. Он имеет право знать.

По глазам Дамира я понял, что принял правильное решение. Теперь любое новое знание только приблизит его к нам.

Сяоюй подошла к кровати, на которой лежал парень, и села на краешек.

— Что ж, — сказала она, — значит, пришла пора делиться.

Дамир подвинул к себе табурет с мягкой подушкой, который стоял у окна, и тоже присел. Так получилось, что через минуту сидели уже все.

— Ланюй — мой двоюродный брат, — сказала она, — и он тоже член Нефритовой Ступени. Такое редко, но бывает.

Я заметил, что Дамир хотел задать вопрос, но сдержался, продолжая внимательно слушать.

— Поиск нового пути — было его идеей-фикс, если хотите, — продолжала Сяоюй, — он был одержим ей. И, к несчастью, ему удалось убедить наше руководство в том, что это полезно для Ступени.

— Тацзе, — вмешался Ланюй, — ты… уверена?

Девушка посмотрела на брата холодным взглядом, после чего продолжила:

— Он начал с наших памятников и легенд. Гробница Циньшихуана… и кое-что у него даже получилось. Да, Ландиди?

Парень опустил взгляд.

— К счастью, тогда его удалось вовремя остановить, — вмешалась Сяомэй, — путешествие, которое он задумал, было невозможно без извлечения сердец реликвии. Чего мы, конечно же, не могли позволить.

— Я уверен, что это было возможно! — Возразил Ланюй, — да, не сразу! Но если вернуть вовремя одно сердце на место, до большой Луны…

— Мы проверили, — холодно сказала Сяомэй, — ты ошибся в расчётах. Переход неизбежно привёл бы к катастрофе.

— Ланюй изобразил смирение и подчинение решениям Ступени, — продолжала Сяоюй, — на год отошёл от дел. Как выяснилось позже, он изучал реликвии других культур, которые могли бы послужить его плану. Справедливости ради, с делами Алой Ступени он связываться не стал. Хотя первоначально Алтай был в его планах.

— Только с точки зрения научного интереса! — возразил парень, — и это было согласовано!

— Может, сам расскажешь, что было дальше. А? — Спросила Сяоюй, пристально глядя на брата.

Тот насупился, но кивнул.

— Расскажу, — сказал он, — насчёт Колманскопа наши ошибались. Он выглядит как классическая заброшка с доступным сердцем. Но на самом деле это могила.

— Могила? — переспросила Соня.

— Да, — кивнул Ланюй, — именно могила! Догадаться почти невозможно — если не предположить, что Август — её страж. Но это очень необычная могила. Тут не было жертв насилия. Скорее, это было место… торга.