— По пять тысяч солов, — сказал он, отсчитывая пластинки, — стандартная такса.

— Я в курсе, — кивнул Дамир, — а статус?

— Документов у гостя, конечно же, нет?

— Моё словно и рассказ о происхождении, — ответил Дамир.

— Что ж… по правилам можно и так, — Дамир открыл книгу. В его руке появился металлический стилус, и он приготовился записывать, — значит, говоришь, Арти… из каких земель?

— С Южного континента, — ответил за меня Дамир.

— А город?

— Тут сложный момент, — ответил я, — по вашим правилам нужен город рождения? Или проживания? Или там, где есть резиденции? Или где чаще всего семья живёт?

— Ясно, — мужик за столом махнул рукой, — всё у вас, южаков, не как у людей. Пишу с континента.

Он заскрипел стилусом, выводя строчки из тёмных символов.

— Тут и тут, — сказал он, когда закончил, указывая на квадраты на бумаге, — отпечатки.

Он достал из стола губку, вымоченную в чернилах. Дамир сначала коснулся большим пальцем её, после чего с силой приложил подушечку к бумаге, оставляя свой отпечаток на странице. Я поступил так же.

Мужик закряхтел и поднялся. Только теперь я заметил, что вместо одной ноги у него был металлический протез, обутый в сандалию.

— Во благо Города, победителям шаи-акаба, двум братьям: Дамиру и Арти, даруется титулы варса. Держитесь их с достоинством, не нарушайте кодекс и установления нашего города и Великой Пустоши. Да послужит эта награда для всеобщего блага.

— Во благо города и Пустоши, — ответил Дамир. Я повторил его слова.

— Ну всё, с формальностями покончено, — кивнул клерк, — рад за тебя, Дамир. Может, хоть сейчас, когда у тебя появились близкие, ты образумишься…

— Я никогда не страдал отсутствием ума, — улыбнулся Дамир, — и тебе это известно.

— Ну, я должен был предупредить, — мужик за столом всплеснул руками и улыбнулся в ответ, — поздравляю.

— Спасибо. Увидимся!

— Надеюсь, не слишком скоро.

— Можно было зайти в Троебанк, — сказал Дамир, когда мы вышли на улицу, — с такими суммами не принято ходить по улицам. Даже днём. Но, так понял, документов у вас действительно никаких. Даже южных карточек-подорожных, да?

— Вроде того… — кивнул я.

— В машине оставили что ли? Хотя не важно. Выправим местные, как моим родственникам. Через пару дней записи пройдут по инстанциям.

— Спасибо, — кивнул я.

— Иди прямо, не вздумай оглядываться, — неожиданно сказал мой спутник, не меняя тон, — у вас могли быть какие-то враги в городе?

— Исключено, — ответил я, — мы тут впервые. И вообще не планировали заходить.

— Ясно, — кивнул Дамир.

— А что случилось?

— За нами следуют. Какой-то парень, похожий на двоих твоих наложниц, — ответил Дамир.

Нет, конечно же, я не стал оглядываться.

Мы не пошли домой. Вместо этого от площади перед ратушой, через квартал с разными конторами, спустились к одной из торговых улиц, и тут зашли в одну из забегаловок.

Дамир, приметив свободное место, быстро поднялся по широкой глиняной лестнице, и занял место у столика на втором этаже, где была открытая веранда с навесом.

— Не заостряй внимания, — сказал он, — парень стоит на углу, возле почты. В чёрных птеругах.

Я действительно увидел его, как бы невзначай скользнув взглядом. Парень был здорово похож на китайца. И он был первым человеком дальневосточной наружности, которого я увидел в этом мире.

— Думаешь, он опасен, — спросил я, как бы случайно прикрыв рот.