— Тогда ты… ты… зачем ты это сделал? — Лиам встал на ноги, заламывая в беспокойстве руки. — Мы ведь… просто убьем ее.

— Разве не этого ты хотел? — ледяным тоном осведомился Рэн, оборачиваясь. Лиам молча сжал губы. Несколько секунд в комнате продолжалось противостояние взглядов, затем, Лиам развернулся, и ушел. Едва дверь квартиры за ним закрылась, Кэмерон тихо спросил:

— Зачем ты делаешь это с ним? Ты ведь решил вернуть Ауре душу не потому, что этого захотел Лиам.

— Верно. — Рэн наклонился к Ауре, и пригладил волосы насыщенного цвета меда, рассыпавшиеся по ее худым плечам.

— Я не понимаю тебя Рэн.

— Не нужно понимать меня, — произнес тот в ответ, но отрывая пристального взгляда от девушки. — Никто не должен понимать меня. Главное результат. А какими способами я достигну его — это мое дело.

— Нельзя идти по головам! — воскликнул Кэмерон, властным тоном старшего брата. Рэн поднял на него тяжелый взгляд:

— Ты пришел ко мне. Ты сказал вернуть ей душу. Я не обвиняю тебя, в том, что я вернул душу Ауре, но следуя твоей логике сейчас, ты не слишком заботился о ней, когда просил сделать это. Ты был там? Ты видел, что с ней случилось в ту ночь? Она кричала так, что я думал, она лишится рассудка. Я думал, что сам сойду с ума… — Рэн закрыл на мгновение глаза, пытаясь привести мысли в порядок. Он перевел взгляд на Ауру, и закончил: — Я не смог ее лишить жизни, хоть она и просила. И смотри, к чему это привело.

— Ты не виноват Рэн. Никто не виноват. — С присущим ему сочувствием сказал Кэмерон. Рэн фыркнул, впрочем, в его глазах не отобразилось ни капли смеха.

— Никто не виноват… — эхом повторил он, касаясь пальцами лица девушки. — Ты знаешь, я сказал это Ауре в ту ночь. Но тогда я лгал. Я был виновен в том, что случилось. Я сделал все это с ней.

— Рэн… — Кэмерон встал с кресла. — Никто не знает о том, что произойдет. Так решил Господь. И позволь мне высказать свою точку зрения, но я предполагал, что Аура может понравиться тебе, ведь она не похожа на других людей, которыми, ты без труда повелевал. Я думал, возможно Бог решил проучить тебя, и таким образом, показать, что люди не так бесхребетны и безвольны, как ты думал.

Рэн ничего не ответил по этому поводу. Был ли он согласен с братом, или нет, он предпочел промолчать, как обычно, что немного раздражало Кэмерона: он досадовал, что ангел Судьбы не способен выражать свои чувства и эмоции. Разумеется, и Кэмерон, не специалист в этом, но все же, было бы куда проще, умей Рэн показать, что у него на сердце, и что в голове.

— Пожалуйста, не держи все в себе.

Кэмерон поднялся, подошел к постели, на которой лежала девушка, и сжал спинку кровати, так, что костяшки пальцев побелели.

— Я не держу все в себе, — гробовым тоном отозвался юноша.

Кэмерон подумал, что, если бы Аура была в сознании, она бы возвела глаза к потолку. Но девушка, сложив руки на груди, словно принцесса, продолжала лежать на постели, не двигаясь. В ее отросших волосах, играл свет зимнего солнца, проникающий сквозь жалюзи, делающий ее более похожей на ангела, чем она была. Аура больше не была похожа на мертвеца; от ее тела исходило странноватое, уверенное свечение.

Кэмерон посмотрел на брата:

— Прекрати думать о плохом.

— Мы оба знаем, что она не справится. Она не так сильна, как может показаться на первый взгляд. Она всего лишь человеческая девушка, которая сломается под напором тьмы, не успеем мы оглянуться. Уже сломалась. Уже просила меня убить ее. — Рэн посмотрел на Кэмерона.