|
Роза и Бланш, приходя в себя, полуоткрыли свои большие полупотухшие глаза и пристально, в экстазе, устремили их на ангельское лицо священника. — Сестра, — слабым голосом сказала Роза. — Ты видишь архангела… как тогда во сне… в Германии?.. — Да… Он таким являлся и третьего дня… — Он явился за нами… — Увы! Наша смерть… спасет ли она нашу бедную мать… из чистилища?.. — Архангел… святой архангел… моли Бога за нашу мать… и за нас… Габриель, задыхаясь от рыданий, ни слова не мог вымолвить от горя и изумления, но при последних словах сирот он воскликнул: — Дорогие дети… зачем сомневаться в спасении вашей матери?.. Ах, никогда более чистая, более святая душа не возносилась к Создателю… Ваша мать!.. Я знаю из рассказов моего приемного отца о её добродетелях и мужестве, которыми восхищались все те, кто её знал… Поверьте мне… Бог её благословил… — О! Слышишь, сестра, — воскликнула Роза, и луч небесной радости осветил на минуту помертвевшие лица сестер. — Бог благословил нашу матушку… — Да, да! — продолжал Габриель. — Откиньте мрачные мысли… бедные девочки… мужайтесь… вы не умрете… подумайте о вашем отце. — Наш отец! — сказала Бланш, вздрогнув, и в полубреду, в полусознании она произнесла голосом, который истерзал бы душу самого равнодушного человека: — Увы! Он не найдет нас при возвращении… Прости нас, отец… Мы не знали, что поступаем дурно… Мы хотели последовать твоему великодушному примеру, спеша прийти на помощь нашей гувернантке… — Мы ведь не знали, что умрем так скоро, так внезапно… мы ещё вчера были так веселы и счастливы… — О добрый архангел! Явись нашему отцу во сне… как нам… Скажи ему, что наша последняя мысль была о нем… — Мы пришли сюда без ведома Дагобера… Пусть… он его… не бранит… — Святой архангел, — все более слабеющим голосом сказала Роза. — Явись и к Дагоберу… Скажи ему, что мы просим прощения… за то горе, какое причинит ему… наша смерть… — Пусть наш старый друг… хорошенько приласкает за нас бедного Угрюма… нашего верного сторожа… — прибавила Бланш, стараясь улыбнуться. — А также явись Горбунье и Адриенне, скажи им от нас «прости»; они были добры к нам… — Мы не забыли… никого… кто нас любил… Пусть Бог соединит… нас с мамой… навек… — Ты обещал… добрый архангел… помнишь, во сне ты сказал: «Бедные дети… вы пришли издалека… промелькнули на земле… и лишь затем, чтобы идти отдыхать у материнской груди…» — О! Это ужасно!.. Ужасно!.. Так молоды, и никакой надежды на спасение! — прошептал Габриель, закрывая лицо руками. — Господи! Неисповедимы пути Твои… Увы! Зачем гибнут столь ужасной смертью такие дети? Роза испустила глубокий вздох и слабеющим голосом воскликнула: — Пусть нас… похоронят… вместе… чтобы и в смерти… быть неразлучными… как и в жизни… И обе сестры простерли умоляющие руки к Габриелю. |
