– Вы верно заметили, – постукивал по столешнице Ван Ривьян, посматривая на недовольную красно-черную Люнею и чистую Фену. – Так и быть, присваиваю и вам пятьдесят баллов.

– Как ты вихрь притягиваешь? – наклонился к Люнее Грон.

– Как надо! А ты чего сидишь? – перевела она внимание на меня.

– Не хочу торопиться… – призналась я и сделала вид, как упорно пытаюсь выполнить задание преподавателя, а сама поглядывала на идеальных и довольную Фену.

Идеальные с задачей справились быстро, сразу после Фены искрящийся свет призвал ее парень, которому явно не понравилось быть третьим. Люнее все-таки удалось достучаться до Грона, и разрядом громыхнул его куб. Зувир подорвал себя так же, как и Люнея.

– Милгын, – отвлек меня от созерцания аудитории голос Ван Ривьяна. – Вы еще не справились с заданием, чтобы расслабляться.

– Извините, профессор, – вернулась я к кубу, гоняя энергию из одной руки в другую.

– И? – протянул преподаватель. Все это время он не отрываясь следил за мной. – Мне нужен результат.

Притворяться и дальше становилось бессмысленно. Ван Ривьян был прекрасно осведомлен о моих способностях и уровне силы. Для группы я же решила не выделяться – куб не сразу, но засверкал. Ван Ривьян понятливо хмыкнул и отстал от меня.

– Наша Милгын больше не заступница, а обыкновенная выскочка, – пыталась оскорбить меня Фена после занятий.

– Обыкновенная, – пожала плечами я, проходя мимо. – Самая обыкновенная.

Астрин Мерил устроила для нас письменную работу с огромным количеством расчетов – высший балл опять был присвоен многим из идеальных и мне с ребятами, которые не желали отправлять меня на одну на практику. У Торса Крепена они также, сжав клюв, неистово неслись вперед – там уже мне пришлось не отставать от них.

Сестры Минея попросили нас сварить целебный отвар и протестировать его друг на друге.

– Имейте в виду, восстанавливать пострадавшего напарника вы также будете самостоятельно, – оскалилась Муйна Минея.

– Все пропущенные вследствие дегустации напарником занятия и не полученные баллы будут компенсироваться за ваш счет, – добавила Нейна Минея.

– Я не хочу пропускать пары, – испуганно произнесла Карни, ставя чан на наш стол. – Ты же сама сказала, практики тебе не миновать…

– Сварю по правилам, – пообещала я подруге.

Зато на парах у Илаи Литеры я не скрывалась и действительно находилась среди отстающих. Хаотично подняться на пару метров я худо-бедно уже могла, не трясясь от страха, но требовалась четкость, все должно идти по правилам: плавный взлет и мягкая посадка. Вечером на дополнительных занятиях мне за это доставалось несладко.

– Расправь крылья, подбери корпус и сделай мощный рывок, – раз за разом повторяла Илая Литера, демонстрируя идеальный взлет. Я же топталась на месте, втягивала голову, подбираясь, а при прыжке и вовсе придавливала себя крыльями к земле. – Ты, кар-р, видишь, что тебе показывают?

– Вижу, как-р, только у меня так не получается.

– Давай на полосу, – скомандовал Торс Крепен. – Разгоняешься и вперед.

С тоской я посмотрела на предстоящие снаряды. За это время, пока Илаи Литера заставляла меня бегать и прыгать по стадиону, я явно прошла бы уже кругов пять на обычных занятиях. Преподаватели были непреклонны, особенно Торс Крепен, который заявил, что у него больше опыта с молодыми воронятами. Илая Литера лишь клацнула клювом… рядом с его головой. Торс Крепен даже не вздрогнул и оказался прав.