Изменить размер шрифта - +
Карты легли на стол. Чер-р-т!!! Комбинация была откровенно мусорной. Британский крап сработал — меня банально обставили.

Смит плотоядно оскалился, обдав меня кислым перегаром.

— Вот и всё, ваше сиятельство, — хрипло заржал боров, потирая пухлые ладони. — Кажется, фортуна повернулась к вашему сиятельству задом.

— Сдается мне, этот кусок бумаги от принца Уэльского принесет нам больше пользы, чем бесполезной кругосветной экспедиции русских, а, Хорас? — гаденько подхихикнул тощий Мур, стуча пустой кружкой по столу.

— Истинно так, мой мальчик. Охранная грамота наследника британской короны должна быть у британцев! Ведь мы верные слуги короны, не так ли, парни⁈ Англичанерасхохотались, а Смит победно потянулся к центру стола, чтобы сгрести банк, свои каперские патенты и мою охранную грамоту.

И тут, в неверном свете коптящей масляной лампы, я увидел это. Массивный золотой перстень на волосатом пальце пирата, который он до этого старательно прятал в тени ладони. Из-под грубой печатки едва заметно торчал крошечный шип.

Внутри стремительно просыпалась бешеная, адреналиновая натура молодого Федора Толстого. Гвардейский бретер требовал зрелищ, скандала и доброй драки.

В следующее мгновение я буквально взорвался. Кровь ударила в голову, таверну заволокло коричнево-красным туманом. Железной хваткой перехватив толстое запястье англичанина, я с силой заломил ее, намертво остановив в дюйме от охранной грамоты.

— Какого дьявола⁈ — взревел Смит, пытаясь вырваться из захвата. — Убери руки, русский ублюдок, пока я не прирезал тебя прямо здесь! Проигрывать надо уметь!

— Не дергайся, сученыш, — ледяным тоном осадил его я, резким заломом выворачивая толстую кисть ладонью вверх. На свет божий вылез тот самый перстень.

Мур поперхнулся. Наблюдавшие за этой сценой посетители повскакивали с мест. Из конца зала ко мне уже спешили наши офицеры.

— Что это у вас тут, мистер Смит? — громко, чтобы слышал весь притихший кабак, с издевкой поинтересовался я. — Никак игла шулера? Какая дешевка!

— Это просто кольцо, граф, отпустите! — процедил Смит, багровея от натуги.

— А это что за иголка? И что за странные наколы на картах? А? — мой голос разнесся на всю таверну, перекрывая шум. — Каталы дешевые. Играете меченой колодой! Вы не каперы, вы портовые крысы!

— Ты покойник, граф! — прошипел британец, его налитые кровью глазки бешено сузились. — Мои люди выпотрошат вас всех и пустят на корм акулам!

— Ваши люди могут только у макак бананы воровать, — с наслаждением бросил я в потное лицо.

Бешенство пирата перелилось через край. С утробным ревом Смит рванулся вперед, переворачивая тяжелый дубовый стол.

Время будто замедлилось. Вино и осколки стекла брызнули во все стороны. В воздух взметнулись карты и документы.

Мур уже рвал из-за пояса длинный нож, Смит, отпихнув перевернутую столешницу, птлся вырвать из моего захвата правую руку. Но мой кулак уже летел навстречу егофизиономии. Короткий замах, апперкот — и мой кулак с хрустом впечатался прямо в челюсть борова.

Капер крякнул, глаза его закатились, изо рта брызнула кровавая слюна. Он непременно упал бы если бы я отпустил его руку.

— Ах ты, мерзавец! — заорал Мур, набрасываясь на меня с ножом.

Медлить было нельзя. Резко дернув Смита на себя, я прикрылся его телом от ножа Мура. Воздух наполнился звоном бьющегося стекла, треском ломающейся мебели и яростным матом на двух языках.

Тощий Мур оказался юрким сукиным сыном. Увернувшись от его длинного лезвия, я сделал шаг в сторону, прикрываясь от этого гада телом обмякшего Смита, и коротким тычком врезал под дых. Лейтенант со свистом выдохнул воздух и сложился пополам, тут же получив тяжелый удар моим коленом по физиономии.

Быстрый переход