|
. — Но ведь и ты тоже, — ответил нахал, осмеливающийся вмешиваться в обряд разъяренного гибелью с таким трудом и тщанием выпестованного питомца некроманта. Энергетический поток, ласково, как солнечные лучи, согревавший ладони мага, вдруг прекратился. Мориарти недовольно скривился и повернул голову. — Прошу прощения, что вмешиваюсь в ваши заклинания, коллега, — с едва заметной иронией извинился эльф. — Я позволил себе данную бестактность исключительно чтобы выяснить, не желаете ли вы присоединиться к нашей компании там, — мэтр Пугтакль махнул рукой в сторону тяжелых туч, перечеркнутых огненной стрелой, — у Львиного Источника? — Мне нет дела до твоих друзей и твоих занятий, эльф, — холодно ответил Мориарти. И развел руки, накапливая ману для грядущего ритуала. Энергия и не подумала возвращаться. — У меня есть подозрение, что Кадик ибн-Самум хотел убить именно вас, коллега. Знаете, я тут на днях пытался вспомнить, из-за чего вы с ним разругались… — Этот самоуверенный выскочка всегда относился ко мне свысока! Как будто имел на это право! — Он так ко всем относился — все-таки наследник тайн магов Пенталиакнос, тех, кто когда-то строил древние империи — ваши, человеческие, я имею в виду. Мориарти заскрипел зубами. Как же ему не хватало привычной тяжести нюртанговой цепи, позволяющей справляться с непроизвольными выбросами разрушительной энергии! Ах, вот, оказывается, чего ему не хватало! Покрытые царапинами руки Мориарти прошлись по плечам, словно желая убедиться, что цепь действительно потерялась в этих забытых богами безжизненных песках. Хмурое лицо, покрытое спекшимися потеками крови, исказила усмешка — наконец-то я посмотрю, какой мощи получится заклинание, если использовать полный ресурс Силы… — Не надо, Мориарти, — повторил эльф. На этот раз Пугтаклю приходилось прикладывать усилия, чтоб не допустить рвущегося к запасам энергии некроманта к заветной цели. — Что, испугался, остроухий?! — закричал Мориарти, тыча пальцем. — Тебе ведь нипочем не сладить с моей армией скелетов, а? А эти демонические твари, которых призвал Кадик — они ведь тоже смертны, верно? А когда вы их убьете, тут-то они мне и сгодятся… Смерть правит этим миром — а ею правлю я! — постепенно добавляя в голос громкости, ллойярдец уже кричал, захлебываясь розоватой пеной. — Кадик слишком увлечен мыслями о славе, о завоеваниях и возвеличивании собственной плюгавой персоны, чтобы понять, какие возможности открывает использование Магии Смерти! Для Хетмироша управление зомби и скелетами — всего лишь редко используемая, прикладная отрасль, а понять, какие еще возможности открывает управление вампирами, создание личей, прочих высших форм нежити — им не дано! Открыли мумифицирование три тысячи лет назад, и думают, что изучили все тайны Магии Смерти! Даже меня не пустили в свой некрополь! — Ах, вот чем вы обижены… — догадался Пугтакль. — Не очень-то я туда и стремился, — ответил Мориарти. — Что я, своих мумий не наделаю? — Весьма любопытно будет посмотреть, — вежливо сказал эльф. Ллойярдец взглянул на него с подозрением: — Ты заговариваешь мне зубы?! Ты пришел сюда, преследуя какие-то цели, и думаешь, что сможешь обмануть меня? Меня?! — голос Мориарти снова возвысился. Гнев придал волшебнику сил; он взмахнул руками, собираясь активизировать одно из бесчисленных заклинаний, хранящихся в памяти… Тонкие, темно-зеленые до черноты побеги опутали ноги и туловище некроманта, добрались до плеч и распустились перед расцарапанным лицом Мориарти бледными ароматными цветами. — Конечно, обману, — отозвался Пугтакль. |
