Значит, он искал ее всю жизнь. В отличие от других ему ее убеждения не кажутся наивными и вызывающими лишь досадное недоумение. Он оценил по достоинству ее профессионализм и целостность натуры. Она нужна Мэдисону в его борьбе за всеобщее благо.

Амариллис ощутила прилив неподдельной гордости. Наконец то ей встретился талант высокого класса, разглядевший ее достоинства. Работа с таким сильным и влиятельным человеком доставит истинное удовлетворение как в профессиональном отношении, так и в духовном плане. Как приятно сознавать, что помогаешь гению, нуждающемуся в твоей моральной поддержке. В предложении совместно работать ей виделось наиболее полное воплощение ее замыслов.

Слияние их парапсихологических способностей даст идеальный результат.

– Не знаю, что вам ответить. – Амариллис бросила еще один взгляд на Гифорда, который по прежнему, не отрываясь, смотрел в окно. – Вы застали меня врасплох. Ваше предложение так неожиданно, сенатор.

– Я понимаю, – иронически улыбнулся Мэдисон, – после того, что произошло вчера вечером, вы имеете полное право с недоверием относиться к моим намерениям.

Амариллис преодолела нахлынувшее желание уйти от этой темы.

– Вы затронули серьезную проблему, сенатор. Ваши вчерашние действия противоречили этике. В высшей степени аморально заставлять людей поддерживать вас, прибегая к парапсихологическому таланту. Уверена, Основатели никогда бы не одобрили ничего подобного.

– Разумеется, вы правы, – сказал Мэдисон, заглядывая ей в глаза. – В свою защиту могу сказать, что вчера вечером меня не волновала поддержка Трента. Разговор с ним служил своего рода «дымовой завесой».

– Что вы хотите сказать?

– Это была моя несколько неуклюжая попытка проверить ваши парапсихологические возможности. – Мэдисон в восхищении покачал головой. – Гифорд рассказывал мне о ваших способностях и о том, что с недавнего времени вы фокусируете для Трента. Должен сознаться, я сомневался в ваших возможностях, как их описал Гифорд. Увидев вас на приеме, я захотел устроить небольшую проверку.

– Вот как.

– Простите меня, но позвольте заметить: я был поражен. Завидую Тренту. Мне никогда не приходилось работать с таким сильным концентратором, как вы.

Амариллис обратила внимание на растущее в ней желание оставить эту тему и забыть об острых углах. Это чувство становилось чересчур сильным. Она сердито посмотрела на Гифорда.

– Прекрати, – сказала она.

– Что прекратить? – наконец оторвался от окна Гифорд.

– Ты для него фокусируешь. Прекрати сию же минуту. Мы оба знаем, что твоих возможностей недостаточно, чтобы справиться со всей мощью его таланта. Ты тоже хочешь «перегореть»?

Гифорд вздохнул, взглянул на Мэдисона и покорно пожал плечами.

И сразу исходившая от Шеффилда искренность вошла в обычные рамки. Воздействие еще оставалось ощутимым, но уже повеяло практицизмом и исчезла прежняя глубина. Прямота подобного свойства всегда ассоциируется с деятельностью политиков, ничего особенного в этом не было.

– Подумайте над моим предложением, мисс Ларк. – Мэдисон продолжал улыбаться, но улыбка его утратила теплоту. – Ведь и вам, как и мне, хорошо известно, как досадно сознавать невозможность в полной мере реализовать свои парапсихологические способности. Возникает чувство, словно на глаза надели шоры, ограничивающие поле зрения. Такое состояние рождает недовольство и раздражение. Природа наделила нас необыкновенными способностями не для того, чтобы мы воспользовались лишь малой долей нашего потенциала.