Амариллис болезненно поморщилась.

– Тетя Софи, как ты можешь говорить такие вещи, – Ханна была вне себя.

– Да потому, что все это правда. Ты всю жизнь пыталась искупить вину своей матери. – Обвиняющий перст Софи обратился к Амариллис. – Пора тебе позабыть об этом и немного повеселиться самой. Кто не рискует, тот не пьет шампанского.

– Софи, речь идет сейчас о замужестве Амариллис. – Ханна сердито поджала губы. – Одно дело – увлечение, и совсем другое – если она совершит ошибку, расплачиваться за которую придется всю жизнь.

Все трое непроизвольно посмотрели в сторону кабинета, вслед за раздавшимся за его стенами шумом. На плите задребезжали кастрюли.

– А я вовсе не уверена, что Амариллис совершает ошибку, – задумчиво произнесла Софи. – Мне представляется, мистер Трент способен добиваться того, чего хочет. Если бы у Оскара был хоть грамм здравого смысла, он пошел бы на перемирие.

– Какое может быть между ними перемирие? – негодующе фыркнула Ханна. – Оскар никогда не потерпит брака Амариллис без рекомендации агентства.

Шум в кабинете внезапно смолк. Наступила звенящая тишина.

Прошло немало времени, прежде чем дверь в кабинет открылась. Резавшая овощи Амариллис со стуком уронила нож. Она поспешно вытерла о фартук руки и выбежала в прихожую.

За ней последовали Ханна и Софи. Первым на пороге появился Лукас, с рассеченной губой, в разорванной рубашке и с всклокоченными волосами, но выглядевший на удивление довольным собой. Лукас улыбнулся Амариллис краешком рта.

– После затяжной дискуссии мы с твоим дядей пришли к соглашению, устраивающему обоих, – сказал Трент.

– К какому еще соглашению? – недоверчиво спросила Амариллис.

Из кабинета не торопясь вышел Оскар. Вид у него был потрепанный, как и у Лукаса. Одной рукой он картинно поддерживал другую, удовлетворенно улыбаясь Амариллис.

– Помолвка с отсрочкой, – коротко подытожил он.

– И на сколько? – поинтересовалась Амариллис, переводя взгляд с дяди на Лукаса.

– На год, – с нажимом выговорил Оскар.

– Шесть месяцев, – спокойно возразил Лукас, – самое большое.

Оскар сверкнул глазами в его сторону, потом вздохнул.

– Черт возьми, она ведь неглупая. Шести месяцев ей хватит, чтобы одуматься.

– А тем временем мы будем следовать семейной традиции, – властно заметила Софи.

– Что еще за традиция? – недовольно скривился Оскар.

– Для всех посторонних они – выбор агентства. – Софи обвела взглядом всех присутствующих. – Всем: друзьям, соседям, деловым партнерам, да и недоброжелателям, следует говорить, что Амариллис и Лукаса свело в пару брачное агентство. Это всем понятно?

– Абсолютно, – откликнулась Ханна.

– Я прекрасно понял тебя, Софи, – поморщился Оскар. – Можешь не беспокоиться, я не собираюсь об этом распространяться, нет желания.

– Это дело семьи, – тихо проговорила Амариллис. – Насколько я понимаю, нам с Лукасом надлежит следовать традиции, установленной вами, тетя Софи, и дядей Гарольдом.

– Все правильно, – серьезно подтвердила Софи. – Будем лгать, честно глядя в глаза другим. – Она переключилась на Лукаса: – А у тебя, Лукас, с этим проблем не будет?

– Напротив, – усмехнулся Трент, – мне всегда это неплохо удавалось.

Вечером после ужина Лукас вышел на широкую веранду. На кухне в это время убирали посуду. В дальнем конце веранды он заметил в кресле Софи. В свете лампы ее волосы казались серебристым облачком, обрамляющим волевое лицо.