-  Там сейчас неподалеку концлагерь, знаете? - перебил дьявол. - Ладно, не будем уклоняться от темы. Ваш драгоценный текст перевел некий Ульфила.

    -  Послушайте, - горячо сказала Мирра, - неужели вы хотите меня убедить, что один-единственный человек может выступать создателем литературного языка? Литературный язык, даже если его основы и были заложены деятельностью какого-то гения-одиночки, всегда есть результат деятельности масс… В конце концов, ваши заявления ненаучны.

    -  Ульфила перевел эту книгу, - повторил дьявол мрачно. - И никто не смог ему помешать. Даже смерть. Потому что он воспитал целую ораву учеников, таких же твердолобых и упрямых, как он сам. И они закончили его черное дело.

    -  А Skeireins кто написал? - алчно спросила Мирра.

    -  Это еще что?

    -  Комментарий к еван… - Она закашлялась. - Пояснения к тому тексту.

    -  Не знаю, - сказал дьявол, поглядев на нее со снисходительной благодарностью. - Но вы совершаете ошибку, недооценивая вклад Ульфилы. Он не был оригинальным мыслителем, что правда то правда. И образования хорошего не получил. Собственно, никакого не получил. Но лингвистическое чутье у мужика было отменное.

    -  Я читала об этом у Филосторгия в изложении патриар… э-э… Фотия, - сказала Мирра. - Но думаю, что Филосторгий преувеличивает заслуги Ульфилы. В конце концов, и Филосторгий, и Ульфила - последователи арианской ереси… Слово «ересь» можно произносить? - спросила она на всякий случай. Когда дьявол кивнул, продолжала: - Естественно, этому историку хотелось выпятить заслуги своего товарища по арианской партии. Марксистское же языкознание полагает…

    -  Я ничего не полагаю, - перебил дьявол. - Я ЗНАЮ, как оно было, вот и все. Вы можете спросить меня, о чем угодно. Вам интересен этот Ульфила?

    -  В определенной степени.

    -  Упрямый, черствый как сухарь, настойчивый и начисто лишенный чувства страха человек, - сказал дьявол. - Мне было бы легко с ним справиться, если бы он не предался с детства другому господину.

    -  Текст, который сохранился, принадлежит ему?

    Дьявол кивнул.

    -  Но ведь Ульфила жил среди везеготов и писал в 4-м веке, а списки, которые до нас дошли, относятся к 6-му и сделаны были остроготами, - сказала Мирра.

    -  Вы не могли бы взглянуть и откомментировать те изменения, которые…

    Лицо дьявола исказилось.

    -  Вряд ли я смогу взять в руки ваш фолиант, - сказал он с тихой угрозой. - Не говоря уж о том, чтобы прочесть его.

    -  Но как же быть? - Мирра почувствовала, как к горлу подступает комок. Получить такую возможность узнать - не выстроить доказательную гипотезу, а достоверно узнать из первых рук - ответы на множество научных вопросов, над которыми бьются ученые, начиная с 16 века, когда впервые были открыты готские кодексы… и вот все рушится из-за пустого и глупого суеверия!

    Дьявол почувствовал ее отчаяние. Произнес примирительно:

    -  Давайте сделаем так. Вы будете называть мне отдельные слова, а я комментировать. По крайней мере, кое-что прояснится.