– Спасибо, но в этом нет нужды, – сказал Коста, дрожащими пальцами отстегивая ремни. – Если вы не против, я на время отправлюсь к себе в каюту.

– Конечно, идите, – отозвалась Орнина.

Коста осторожно выбрался из кресла и бросил взгляд на главный экран.

– Я вернусь еще до того, как мы достигнем ускорителя.

– Не волнуйтесь, – успокоила его Орнина. – Во время старта вам вряд ли найдется занятие.

– Хорошо. – Коста неуклюже пробрался клюку рубки. При этом он старательно избегал взгляда Чандрис.

Этого и следовало ожидать, подумал Коста, чувствуя, как его желудок под воздействием силы тяжести занимает положенное место. С начала путешествия не прошло и часа, а хозяева уже показали себя типичными доброхотами, которые осыпают тебя благодеяниями, хочешь ты этого или нет. Дома у Косты было несколько таких знакомых, и он мог выдержать их общество не более пятнадцати минут. Одной судьбе известно, не сведет ли его с ума неделя на корабле Девисов.

И все же он должен был признать, что ощущение прочной палубы под ногами значительно улучшило его самочувствие. Совокупное воздействие гравитации и лекарства, которое Коста принял, прежде чем подняться на борт, привело к тому, что, добравшись до люка каюты, он более или менее пришел в себя.

Вернее сказать – почти полностью, потому что впервые за несколько последних минут он смог отвлечься от состояния своего пищеварительного тракта и обратить внимание на качество воздуха в корабле.

Он замер у люка и глубоко втянул в себя воздух, ловя ускользающие воспоминания об этом запахе. Где он с ним сталкивался? Во время подготовки к экспедиции? В университете?

Внезапно его осенило. Сдвинув в сторону люк, он вошел в каюту и включил интерком.

– Ханан, – сказал он в микрофон.

– Слушаю, – отозвался Ханан. – Вам уже лучше?

– Спасибо, я в порядке, – произнес Коста. – Но о вашей вентиляционной системе этого не скажешь. По-моему, начинает барахлить один из фильтров газоочистки.

– Да, я тоже уловил запах, – проворчал Ханан. – Думаю, это третий фильтр – в последнее время он то и дело доставляет нам неприятности. Взгляну на него, как только мы пройдем через ускоритель.

– Быть может, я займусь им прямо сейчас? – предложил Коста. – Мне все равно нечего делать.

Он ожидал решительного отказа. Доброхоты никогда не принимают чужую помощь, хотя сами настойчиво навязывают ее окружающим. Однако…

– Разумеется, – сказал Ханан. – Инструменты в носовой мастерской. Включите дисплей в своей каюте, и я покажу вам ее расположение, а также схему вентиляции.

Схема оказалась не столь проста, как, по всей видимости, считал Ханан, но «Газель» была маленьким кораблем, и Косте потребовалось лишь несколько минут, чтобы найти инструменты и обнаружить неисправный фильтр. Сняв кожух, он заглянул внутрь.

Инструкторы настойчиво втолковывали Косте, что миры Эмпиреи провели в отрыве от технического прогресса Пакса более двух веков, и он вновь и вновь убеждался в этом, работая с оборудованием Института. Однако ему не составило труда разобраться в таком простом устройстве, как газовый фильтр.

Технические чудеса вроде стартовой тарелки – совсем другое дело.

По спине молодого человека разлился неприятный холодок. Стартовая тарелка. Эмпиреанская гиперпространственная сеть тоже могла поразить воображение, но у Косты было хотя бы смутное представление о том, как следует преобразовать уравнения теории ускорителя, чтобы на их основе построить сеть.