Телтхорст повернулся к Ллеши и вперил в него яростный взгляд.

– Вы знали, что эмпиреанцы отправили к Ангелмассе свой корабль? – спросил он. – Мне об этом не сообщали.

– Мы зафиксировали запуск корабля около сорока пяти минут назад, – ровным голосом ответил коммодор. – Я не видел необходимости тревожить вас из-за такой мелочи.

Телтхорст посмотрел ему прямо в глаза.

– Вы, вероятно, забыли, что обязаны ставить меня в известность обо всем, что касается нашей миссии. Я сам буду решать, заслуживают эти сведения моего внимания или нет.

Ллеши чуть склонил голову, соглашаясь. Он пытался прочесть мысли Адъютора по его лицу. Почему Телтхорст столь бурно реагирует на такое, в общем-то, безобидное происшествие? Да, сети выключены, но, располагая перехватом управляющего сигнала, шифровальная группа в любой момент приведет их в рабочее состояние.

Разве что если Телтхорсту известно нечто, чего не знает он, Ллеши. Что-нибудь об Ангелмассе? Или о корабле, который отправился к ней сорок пять минут назад? У Адъютора имеется индивидуальный коммуникационный канал; может быть, он заключил с эмпиреанцами что-то вроде сепаратной сделки?

Или эта вспышка начальственного гнева была первой публичной демонстрацией своего превосходства в борьбе за власть на борту «Комитаджи»?

– Я вижу, вы не забыли, – натянутым голосом продолжал Телтхорст. – А теперь точно и подробно расскажите мне, что происходит.

Ллеши нахмурился.

– О чем вы?

– Не вздумайте водить меня за нос, – предостерег Адъютор. – Сначала загадочный корабль, о котором вы не сочли нужным доложить мне; и вот теперь доступ к Ангелмассе закрыт.

Ллеши посмотрел на Кэмпбелла и поймал его столь же озадаченный взгляд.

– Прошу прощения, Адьютор, но я не понимаю вас.

Несколько секунд Телтхорст свирепо взирал на него. Потом его губы искривились в насмешливой ухмылке.

– Великолепно, коммодор, – сказал он. – Боитесь раньше времени раскрыть свои карты? Отлично. Может быть, наши гости окажутся более разговорчивыми. – Он поднялся на ноги. – Не забудьте известить меня о прибытии челнока Верховного Сенатора.

– Вы узнаете об этом первым, – пообещал Ллеши. Телтхорст коротко кивнул и, не говоря ни слова, ступил на подъемную платформу и покинул галерею. Ллеши посмотрел на Кэмпбелла.

– Как вы думаете, что бы это могло означать?

Кэмпбелл покачал головой.

– Телтхорст окончательно свихнулся, – сказал он. – Неужели он подозревает вас в сговоре с эмпиреанцами?

– Судя по всему, да, – согласился Ллеши. – Это еще больше обострит ход переговоров.

– Скоро узнаем. – Кэмпбелл кивком указал на экран. – Челнок Верховного Сенатора уже в пути.

Однако тросы обеспечивали слишком малую скорость передвижения. Шагая рядом с тележкой и придерживая плоские канистры с горючим, едва сохранявшие равновесие на платформе, Коста гадал, успеют ли они привести в исполнение его замысел.

И сработает ли он, даже если времени окажется достаточно.

Коста достиг середины туннеля, когда в противоположном конце показалась Чандрис с платформой, перегруженной в еще большей степени.

– Там осталось еще на полторы тележки, – сказала она, останавливая платформу у штабеля канистр, которые Коста уже перевез за два рейса.