– Привет, Коста, – рассеянно произнес Язон, не отрывая глаз от кипы распечаток, которая возвышалась на его левом предплечье, грозя свалиться на пол. Он пересек комнату и подошел к креслу у своего стола. – Что новенького?

Коста судорожно сглотнул. От облегчения и пережитого испуга его колени тряслись.

– Ничего особенного, – отозвался он, стараясь говорить безразличным тоном.

По всей видимости, это ему не удалось. Переворачивая очередную страницу, Язон вскинул глаза и нахмурился.

– Ты в порядке?

– Конечно, – сказал Коста. – Все нормально.

– Угу. – Язон вперил в него взгляд. – Ладно, выкладывай. Что стряслось?

– Это личное. – Коста услышал в своем голосе напряжение. – Мне нужно время подумать.

Складка на лбу Язона стала еще глубже, потом он пожал плечами.

– Как знаешь. Если захочешь посоветоваться, я к твоим услугам.

– Спасибо.

Язон послал ему короткую улыбку и опять уткнулся в свои бумаги.

Несколько мгновений Коста продолжал наблюдать за ним. Потом не без усилия заставил себя вернуться к столу. Он уже почти успокоился, но чувствовал себя донельзя глупо. Ну конечно, сама мысль о том, что Паке бросил его на съедение – чистый вздор. Даже если забыть о прочих соображениях, эта операция потребовала фантастических затрат. А ведь скаредность Пакса известна всем и каждому. Его правительство не швырнуло бы на ветер такую громадную сумму. Адъюторы, витающие над ним, словно стая голодных стервятников, не допустили бы этого.

Нет, хозяева, вероятно, полагались на обстоятельство куда более тонкого свойства, а именно – на благодушие, которым ангелы, по всей видимости, наделяют свои жертвы. Именно оно позволило Косте без труда миновать внутреннюю таможню Эмпиреи, внедриться на важнейший исследовательский объект, избежав сколь-нибудь серьезной проверки документов, а теперь поможет ему скрывать любые промахи во всем, что касается культуры и обычаев. Во всяком случае, при общении с интересующими его людьми.

– Да, кстати, – заговорил Язон, вновь поднимая лицо. – Как дела со статьей о воспроизводстве ангелов, которой я тебе докучаю? Есть какое-нибудь продвижение?

– Работа завершена, – ответил Коста. – Я напишу текст сегодня во второй половине дня.

Брови Язона взлетели кверху.

– Отлично. Если не возражаешь, я покажу его доктору Кахенло, прежде чем ты опубликуешь статью в сети.

– Разумеется.

В конце концов, главной причиной, побудившей его взяться за это задание, было стремление помочь эмпиреанцам освободиться от засилья чужаков. Привлекать к себе внимание, конечно же, рискованно, но это, быть может, единственный способ всколыхнуть царящее вокруг благодушное спокойствие. Он должен попытаться вынудить людей, стоящих у кормила, критически и трезво вглядеться в свои основополагающие постулаты.

Что же до второй части его задания…

– Если речь зашла о докторе Кахенло, – сказал он, – ее предложение все еще в силе?

– Конечно. Хочешь присоединиться к команде?

– По крайней мере, готов помогать консультациями, – ответил Коста. – Вы знаете об ангелах куда больше, чем я, и мне предстоит еще многому научиться.

– Прекрасно. – Язон улыбнулся и встал из кресла. – Идем, переговорим с ней.

Коста тоже поднялся на ноги, выдавив ответную улыбку и с неловким чувством размышляя, почему ложь, произнесенная секунды назад, словно переворачивает его внутренности вверх дном.