|
Ей хотелось бежать в то крыло замка, откуда донесся грохот взрыва. Жоффрей явно был не на шутку взволнован. Может, кого-нибудь ранило?.. И все-таки она осталась в гостиной. Граф окружил свою работу такой таинственностью, что она поняла - это та единственная область, куда он не допускает любопытствующих профанов. Даже архиепископу он неохотно дал весьма сухие объяснения лишь из уважения к сану гостя. И, конечно же, его объяснения не рассеяли подозрений прелата. Анжелика вздрогнула. "Колдовство!" Она огляделась. Нет, в этом уютном, очаровательном доме такое обвинение звучало как недобрая шутка. Но, конечно, многое, что происходит в этих стенах, оставалось еще загадкой для нее. "Я пойду туда, посмотрю, - решила Анжелика. - И если он рассердится, тем хуже". Но в этот момент она услышала шаги мужа, и вскоре он вошел в гостиную. Руки у него были в саже, однако он улыбался. - Слава богу, ничего серьезного. У Куасси-Ба лишь несколько царапин. Он спрятался под стол, и я сначала подумал, что его выбросило взрывом в окно. Но потери велики. Самые ценные мои реторты из особого богемского стекла разлетелись вдребезги, ни одна не уцелела. По знаку графа два пажа поднесли ему тазик и золотой кувшин с водой. Он вымыл руки и щелчком расправил кружева на манжетах. Анжелика набралась наконец храбрости: - Жоффрей, но разве так уж необходимо убивать столько времени на эти опасные опыты? - Золото необходимо, чтобы жить, - ответил граф и широким жестом обвел гостиную, как бы приглашая ее взглянуть на роскошную обстановку, на деревянный потолок, который недавно по его указанию заново покрыли позолотой. - Но главное не в этом. Работа доставляет мне такое наслаждение, какого не может мне дать ничто другое. В ней, - цель моей жизни. У Анжелики дрогнуло сердце, словно своими словами он в чем-то обездолил ее. Но, заметив, что муж внимательно наблюдает за ней, она постаралась принять равнодушный вид. Он улыбнулся. - Это единственная цель моей жизни, если не считать мечты завоевать вас, - закончил он, склонившись в глубоком светском поклоне. - Я не собираюсь соперничать с вашими колбами и ретортами, - с излишней поспешностью отпарировала Анжелика. - Но признаться, меня действительно встревожили слова его преосвященства. - В самом деле? - А разве вы не почувствовали в них скрытую угрозу? Граф ничего не ответил. Прислонившись к окну, он задумчиво смотрел на плоские крыши города, так тесно прижавшиеся друг к другу, что их круглые черепицы образовали сплошной красно-лиловый огромный ковер. Справа от дворца высокая Ассезская башня с фонарем напоминала о процветании торговли вайдой, поля которой еще можно было увидеть в окрестностях Тулузы. В течение многих веков вайду выращивали в большом количестве, так как ее цветок был единственным натуральным Красителем, и он обогатил ремесленников и торговцев Тулузы. Муж молчал, и Анжелика снова села в свое кресло, а арапчонок принес ей плетеную корзинку, в которой переливались разными цветами шелковые нитки для вышивания. После вчерашнего праздника во дворце было тихо и спокойно. Анжелика подумала, что за обедом она окажется наедине с графом де Пейраком, если только не придет вездесущий Бернар д'Андижос... - Вы заметили, - неожиданно обратился к ней граф, - как искусно вел разговор наш Великий инквизитор? Он начал с высоких нравственных устоев, мимоходом упомянул об "оргиях" в Отеле Веселой Науки, коснулся моих путешествий, а от них подвел нас к царю Соломону. |
