– Шеф, доброе утро! У нас гости, господину капитану мы уже сообщили.

Караульные возле ворот выглядели почему то донельзя довольными, словно в замок привезли рождественские подарки. Анри Леконт понял: не спрячется.

Неподалеку от шлагбаума, отделявшего замок от внешнего мира, стоял внушительного вида лиловый «ситроен». Шофер постарался, найдя место прямо посреди грандиозной лужи. Чуть дальше, на месте более сухом, приткнулся к обочине автобус.

Гостей в замке ждали, но дня через два, потому и спешили закончить ремонт. Сейчас селить приезжих некуда, о чем не далее как вчера вечером ему специально напомнил капитан Гарнье. С потолка в казарме по прежнему лило, и солдатам приходилось тесниться в двух маленьких комнатушках.

Шофер «ситроена», которому явно надоело ждать, посигналил. Анри Леконт улыбнулся и помахал ему шляпой. Все та же мадам Жубер требовала в любой ситуации сохранять невозмутимый вид. Голодные волки, равно как и юные девицы, ощущают чужую слабость верхним чутьем.

Между тем из дверей автобуса уже прыгали в грязь гости. Кто то уронил чемодан… Бывший учитель вытер пот со лба. Шофер «ситроена» вышел таки наружу и теперь подбирался к задней дверце. Главный гость наверняка там.

Чемодан подняли, но крышка не выдержала, и вещи вывалились прямиком в грязь. Анри Леконт отвернулся. Хоть бы комендант пришел! Однако капитан Гарнье, проявив стратегическую мудрость, остался на основной линии обороны.

Шофер, наконец то перейдя лужу, открыл дверцу «ситроена». Бывшему учителю внезапно почудилось, будто он слышит чей то приглушенный голос: «Не смотри!». Он отвел было взгляд, но потом все таки не выдержал.

Взглянул.

Посреди лужи стояла Мари Жаклин. Нет, уже не стояла – обернулась, помахав ему ладошкой в серой перчатке. А потом шагнула – раз, другой. Ближе, еще ближе…

* * *

– Доброе утро, мсье Леконт! Как хорошо, что мы наконец то доехали, господин Грандидье отправил нас еще затемно, чтобы не нарушать конспирацию.

Анри Леконт наконец то смог разомкнуть уста.

– Доброе утро, Жаклин! Что вы здесь делаете? Спросил бы «какого дьявола», но вы все таки моя бывшая ученица.

Девушка попыталась вытащить ботинок из грязи, но без особого успеха. Впрочем, это ее нисколько не расстроило.

– В Париже слишком скучно, учитель. Летний сезон кончился, скачки отменили, Жюдекс никого не режет. Позвонила папе, он позвонил какому то министру… Я, кажется, тону. Вы меня спасете?

* * *

Подоспевшие солдаты с честью выполнили свой долг, доставив гостей вместе с багажом прямо к зданию музея. Мари Жаклин бывший учитель извлек из грязи лично, благо гостья оказалась весом с монмартрского воробья. Автобусом же приехали четверо, мужчины разного вида и возраста и дама, возраста совершенно неопределенного.

В нижней галерее, еще вчера тщательно убранной, сразу же стало грязно. Гости столпились у выстроенных баррикадой чемоданов, небесные хляби вновь разверзлись, шоферы требовали, чтобы он где то расписался… Надо что то делать, причем быстро, прямо сейчас.

Спину ровнее, подбородок вверх, взгляд прямо в небесную глубину. Бывший учитель замер каменным изваянием, прикидывая с чего начать. Правильнее всего гаркнуть, дабы личный состав прикусил языки. Но этого не умел. В классе порой приходилось, и результат не впечатлял.