Вся наша дутая репутация сейчас зиждется на том, что я, по всей видимости, мастер гиасов, держащий в подчинении «сильных рабов»! Значит, пойти этому учиться я не могу: вроде как и сам с усами. Если вскроется, что мы этого не умеем, держу пари на что угодно, нас тут же и попробуют захватить!

Мастер Равновесия кивнул, вроде как он так и предполагал, что нас его предмет не заинтересует.

— Значит, навигация… — Фалей Рузон поглядел на Мастера Навигатора с легкой улыбкой.

Роксана Евторская нахмурила красивые темные брови.

— Я готова взять в ученики тех из вас, кто способен одолеть эту науку, — сказала она, — если взамен вы отдадите секрет многоколосной пшеницы с тяжелыми зернами не Мастеру Жизнелюбу, а Мастеру Растений!

— Мастеру Растений? — удивленно спросила Ксантиппа. — Разве это не один из Малых Мастеров?

— Пока, — заметил черноволосый молодой человек за спинкой кресла. — Пока я один из Малых Мастеров. Но, в отличие от многих из них, не связан ни с кем контрактом. Мои отношения с Мастером Навигатором и Мастером Равновесия — отношения дружбы и покровительства. Поэтому я могу принять от вас этот дар в ответ на дар Мастера Навигатора.

М-да, вот кого бы ни за что не принял за ботаника, так это его!

И, кстати, любопытно, у них тут, оказывается, бывают «дружба и покровительства» без контрактов. А я уж было подумал, что это все для древних магов устаревшие понятия. Ладно, не буду пошлить и думать про себя, что Мастер Растений выглядит как типичная постельная игрушка кугуарши! В конце концов, древние маги совершили ошибку, применив на нас свои понятия. Кто их знает, может, действительно, просто хорошие друзья… Могут же и у них иметься человеческие отношения между собой?

— Я слышала, ваша наука опасная, — сказала Ксантиппа.

— Для вас — да, — неожиданно тепло улыбнулась ей Мастер Навигатор. — Пока! Приходите ко мне лет через пятьдесят, возьму в ученицы. А вот она, — тут Евторская невежливо ткнула в Платову, — годится уже сейчас! Из остальных подошел бы старший раб, но его я учить не возьмусь, он у вас страшный, — она дернула плечом. — И сам архимаг Кирилл, только он еще страшнее! Нет-нет! — Она мотнула головой. — Это кого я видела. Остальных приводите, посмотрю. Но — короткий курс. Сколько сможете усвоить за год, все ваше!

— Вам годятся только пожилые? — вдруг спросила Платова. — То есть пожившие?

— Мне годятся владеющие своим разумом, но чтобы горели при этом, не тухли! Часто — пожившие. Бывают — молодые. Редко. Кто не владеет разумом, тот спятит. Она вот владеет, — теперь палец ткнул в Ксантиппу, — но горит слишком сильно! За пятьдесят лет прикрутит фитиль немного. Наверное. Может, раньше, — потом она задумалась. — Ваш второй старый раб, который с юным лицом, тоже мог бы. Но в нем огня мало. Весь притушил.

— Вы не делаете разницы между свободными магами и рабами, когда предлагаете учебу, — заметила Платова.

— Не делаю, — кивнула Роксана Евторская. — Как Метакосмос. Он тоже различий в нас не видит. И секреты свои разглашать я тоже не боюсь! — Она весело улыбнулась. — Я их все на виду держу, пока еще никто похитить не смог!

— Тогда вот что, — сказал я. — Детали — с моим старшим человеком. Он умеет торговаться. Я — нет. Он решит, сколько стоят наши секреты. Сколько стоят ваши. Какие мы меняем на какие. Договорится.

Аркадий точно сумеет обстряпать наши дела выгоднее. У него коммерческая жилка развита гораздо сильнее, чем у меня, например! Помню, например, когда я только стал Верховным магом, ко мне подкатили представители нескольких крупных компаний. Кто-то хотел, чтобы я лоббировал их, и в обмен предлагали мне место в совете директоров, кто-то — чуть ли не прямо искушал торговать известными мне государственными секретами.