Я пристально посмотрел на нее, не мигая, а затем не удержался и спросил:

— Эльфийки не следят за фигурой?

— У нас ускоренный метаболизм, так что можешь не переживать, — отмахнулась она и решительно потянула меня за рукав в сторону той забегаловки, от которой и исходил тот самый манящий запах. — Идем!

Мы купили два огромных хот-дога, щедро политых кетчупом и горчицей. Устроились на скамейке чуть в стороне от основной толпы, под раскидистым старым кленом. Она ела с аппетитом, который никак не вязался с ее изящным, аристократическим образом. Я смотрел на нее и думал о том, что этот вечер, начавшийся с тяжелых откровений, неожиданно превратился в одно из приятных воспоминаний за все время моего пребывания в этом мире. Просто сидеть на скамейке, есть фастфуд и болтать с красивой эльфийкой.

Что может быть лучше?

Я впился зубами в горячую булку и подумал: лучше может быть только продолжение вечера, но тут же прогнал эту мысль.

— Пора домой, — сказал я, когда мы дожевали, поднимаясь со скамейки и потягиваясь, разминая затекшие от долгого сидения мышцы. — Я вызову такси.

Я уже достал телефон, готовый открыть приложение, когда она остановила меня, легко коснувшись моего рукава.

— Не нужно, — сказала Шая. — Тут всего пара станций на метро до моей квартиры. Пройдемся?

— Почему бы и нет, — согласился я. Сам буквально пару часов назад об этом думал. — Веди.

Мы пошли по широкому проспекту, мимо сияющих витрин и неоновых вывесок. Шая уверенно вела меня через людской поток, сворачивая в переулки, о существовании которых я и не подозревал. Через десять минут мы оказались перед входом в метрополитен.

Массивная арка из красного гранита, украшенная барельефами, изображавшими сцены из истории Империи. Все это больше походило на вход в музей или мавзолей, чем на станцию общественного транспорта.

Внутри нас встретил гулкий прохладный вестибюль. Стены, облицованные мрамором, уходили в высокий сводчатый потолок, поддерживаемый массивными колоннами. Под потолком висели гигантские люстры, заливавшие пространство светом. Воздух был теплее, чем на улице, со свойственным всем подземкам запашком.

Мы спустились по эскалатору, который был отделан пластиком, как и в моем мире, а стены украшала привычная мне реклама.

Несмотря на поздний час, перрон был полон спешащих по домам горожан. Из темноты тоннеля донесся нарастающий гул, и через мгновение на станцию, сверкая огнями, вкатился поезд. Он был не похож на те, к которым я привык. Плавные, обтекаемые формы, а на головном вагоне рельефный позолоченный герб с двуглавым орлом.

Мы вошли в вагон, после чего поезд плавно тронулся и понесся по тоннелю, едва слышно шелестя колесами.

Через две остановки мы вышли и поднялись наверх, оказавшись на тихой, засаженной деревьями улице.

Дом, в котором жила Шая, был современным — высокое здание из стекла и бетона, с панорамными окнами и подземным паркингом. Мы поднялись на лифте на двадцатый этаж.

Ее квартира оказалась именно такой, какой я ее и представлял. Просторная, светлая, с минималистичным интерьером. Белые стены, светлый паркет, почти полное отсутствие мебели — лишь большой диван в центре гостиной, низкий журнальный столик и несколько стеллажей с книгами. Огромное, от пола до потолка, окно открывало захватывающий вид на ночной город.

— Располагайся, будь как дома, — сказала она, сбрасывая тренч на вешалку и мой плащ.

Ощущение неловкости, которое должно было бы возникнуть в гостях у почти незнакомого человека… или эльфа, отсутствовало.

— Ну, раз «как дома», то я, с твоего позволения схожу в душ, — сказал я.

— Погоди, — она махнула рукой, после чего подошла к комоду, выудила оттуда красное махровое полотенце и всучила его мне.