Ашерон покачал головой. Он просто пьян. Это галлюцинация. А может Ашерон уже умер.

— Пошла прочь от меня.

Но демон даже не пошевелилась. Прежде чем он смог сбежать от нее, демон приложила ему маленький шар к сердцу. Ашерон закричал, когда боль пронзила его. Никогда в жизни он не чувствовал ничего подобного, даже пытки, через которые он прошел, казались просто игрой, а это говорит о многом. Казалось, что ядовитый огонь заполнил его вены и стал разрывать все его существо. Из самого центра, где был шар, его кожа стала меняться с коричневого цвета на мраморно — голубой. Когда, наконец, боль и цвет развернулись в нем, то образы и голоса взорвались у него в голове, пронзая его барабанные перепонки. Запахи заполонили его ноздри. Даже одежда сгорела на его коже. Ашерон упал на землю и свернулся клубком, так как все его чувства усилились во стократ.

— Ты бог Апостолос. Предвестник и сын богини Аполлими — разрушительницы. Твоя воля — это воля Вселенной. Ты последний удел всего…

Ашерон продолжал качать головой, все отрицая. Нет. Этого не может быть.

— Я никто. Я никто.

Демон подняла голову.

— Почему ты не радуешься? Ты теперь бог.

Ярость завладела им, и он грубо схватил ее. Он не понимал своих возможностей или как там это можно было назвать, но все годы его жизни, все унижения и ужасы снова прошли через него. Все это он передал каким-то образом из своего в ее разум. Демон вскрикнула и откинула голову назад.

— Ни! Этого не должно было случиться с тобой, акри! Только не это…

Ашерон схватил ее и заставил встретиться с ним взглядом.

— Было ужасно плохо, когда они все думали, что я человеческий сын какого-то бога. Ты можешь себе представить, что они сделают со мной сейчас? Забери эти силы от меня сейчас же.

— Я не могу. Это твое по праву рождения.

Ашерон упал назад, ударившись головой о каменный пол.

— Нет! — закричал он, — нет. Я не хотел этого. Мне просто нужно было, чтобы меня оставили в покое.

Ксиамара попыталась обнять его. Он оттолкнул ее.

— Мне ничего от тебя не нужно, ты и так многое разрушила.

— Акри…

— Прочь с моих глаз.

В ее глазах промелькнуло нежелание подчиниться.

— Твое желание-это мое желание.

Шар, который она держала перед ним, превратился в ожерелье на его шее.

— Если я тебе понадоблюсь, акри, просто позови меня, и я приду.

Ашерон прижал руку к черепу, который болел и пульсировал от голосов и новых ощущений. Он чувствовал, будто сходит с ума, а возможно уже сошел. Возможно, жестокость, в конце концов, разрушила его психику. Он слышал, как демон ушла, а незнакомые голоса шепчут и кричат у него в голове. Это было похоже на то, как будто он мог слышать весь мир одновременно. Он знал каждую мысль, каждое желание и каждый страх. Прерывисто задышав, Ашерону захотелось от всего этого избавиться. Он схватил ожерелье, но оно не сломалось. Вместо этого, оно даже засверкало у него на ладони. Закричав, Ашерон снова хотел спрыгнуть. Но к сожалению, он не мог даже стоять, потому что его так мутило и тошнило…

— Что они сделали с ним на этот раз?

Аполлими вышагивала по маленькому заднему дворику в Калосисе, ожидая возвращения Ксиамары.

— Где мама Сими?

Она осторожно повернулась и увидела младшего ребенка Ксиамары в дверях. Названная в честь матери, Ксиамары, Сими, которая была из рода Шаронте. Ей было уже почти три тысячи лет, а она все еще выглядела, как четырехлетний человеческий ребенок.