На пиру все захмелели. И Велемуд стал прилюдно стал хвалиться вандальским умением незаметно подобраться к любой дичи и взять ее. Или же к врагу, чтобы убить его. Ибо всем известно, что вандалы - любимцы Вотана.

    На это дедушка Рагнарис, также во хмелю, но остроумия не утратив, отвечал, что любимцы Вотана так горазды дубами прикинуться - сам Вотан не отличит. Больше прячутся они, чем воюют.

    Мечи и шлемы потому оставляют ржавыми, чтобы на солнце не блестели.

    Велемуд на дедушку смертно обиделся.

    Минуло несколько дней, и Велемуд отбыл, уведя с собой двух своих коней и несносного Филимера.

    Без Филимера было хорошо, а без Велемуда - скучно.

    ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ДЯДЯ АГИГУЛЬФ

    КАК УБИЛИ КАБАНА

    Наш дядя Агигульф - младший из троих сыновей Рагнариса, что живы и поныне.

    Старший среди детей Рагнариса - мой отец, Тарасмунд. Дедушка Рагнарис заботится о продолжении своего рода. Он заставил Тарасмунда рано жениться и продолжать его род.

    Из нас, детей Тарасмунда, плодить детей придется Гизульфу, ибо Гизульф - старший.

    Гизульф завидует мне, потому что я могу не брать себе жены. Я буду ходить в походы, как дядя Агигульф.

    Я боюсь, что Гизульф умрет, потому что тогда мне придется брать жену и рожать с ней детей.

    Недавно Гизульф чуть не погиб.

    Наш дядя Агигульф дружен с Валамиром. Много времени проводят они вместе, вместе едят, вместе спят.

    Вместе и на охоту пошли. И брата моего Гизульфа с собой взяли тайком от отца и дедушки. Гизульф очень просился с ними. Дядя Агигульф обещал Гизульфа взять с собой на охоту, а отцу нашему Тарасмунду ничего про это не говорить.

    Я подслушал, как они собираются, и тоже попросился с ними, но они не захотели меня брать с собой. Тогда я пригрозил, что все расскажу отцу и деду, ибо я знал, что они не хотели, чтобы Рагнарис и Тарасмунд узнали про охоту. Тогда Гизульф сказал: «Хорошо, мы возьмем тебя с собой».

    На охоту уходили еще до рассвета. Гизульф разбудил меня затемно и тишком вывел из дома.

    Когда мы с ним были уже на дворе, Гизульф сказал, что в ульфовом доме осталась от Ульфа рогатина. Гизульф говорил очень тихо, еле слышно.

    -  Тебе, - так он сказал, - все равно охотиться нечем. Возьми рогатину Ульфа. Да бери ту, что поменьше, на большую не замахивайся.

    Я не хотел идти в ульфов дом, но Гизульф сказал, что так старшие велели - Агигульф с Валамиром. И прибавил, чтоб тайно от деда сделал.

    Дед спал еще, когда мы с дверей дома ульфова жердину сняли. Я вошел в ульфово жилье. А когда я вошел, Гизульф наказал мне пошевеливаться, ибо рогатину еще чистить надо. И снасмешничал:

    -  Галлиурунн не боишься ли?

    Темно там было и пахло плесенью, в ульфовом жилье.

    И тут услыхал я, что за моей спиной Гизульф дверь закрывает и жердиной подпирает. Так и попал я в ловушку.

    В доме у Ульфа было совсем темно. В темноте что-то все время шуршало и потрескивало.

    Я сидел и боялся, к стыду своему, тех самых галлиурунн, которых мы с Гизульфом выдумали, чтобы Ахму-дурачка пугать.

    Только с восходом солнца ушли страхи, и тогда дал я великую клятву отомстить Гизульфу за коварство его.

    На мои крики пришла Ильдихо. Она побранила меня, что запрет нарушил, в ульфово жилье вошел, и выпустила.