— Людвиг не мальчик, ему сейчас двадцать лет, — пискнул Непомук этот, переживает за родственника.

— Да, и ладно, ваша взяла, он, как был, так и останется курфюрстом Пфальц-Цвейбрюккен, а я стану королём Баварии.

— А что вы говорили, фюрс, о ваших правах на трон? — не унялся начальник генерального штаба.

— Я ничего такого не говорил, но раз спрашиваете, генерал, то скажу. Не секрет, что фюрсты Сайн-Витгенштейн происходят от рода Спанхеймов, которые были Каринтийскими герцогами, а также викариями архиепископа Зальцбургского.

— Это меняет дело, — ткнул под рёбра «родственничка» генерал-лейтенант Карл Филипп фон Вреде.

— Итак, херы вы этакие, мы договорились?

— Так точно, Ваше Высочество, — за всех ответил длинный Штейнгель.

— Вот и чудненько. Сейчас попрячем в землю эту тухлятину и прямиком в Фатерлянд двинем. На Дунае стоит мой флот. Там есть припасы, пойдём вдоль Дуная, а потом уже и на Мюнхен.

— Вена в руках французов! — Напомнил фон Вреде.

— Вредный ты товарищ, фон Вреде. Отобьём, вон у вас солдатики какие красивые. Шучу. Сообщим главному, что Наполеон убит, и армии больше нет, сам сдастся. Кто там у нас рулит?

— Маршал Эдуард Мортье. Вряд ли он сдастся, — надел, наконец, на лысую голову бикорн Йоган Непомук граф фон Трива.

— И сколько у него войск? — опять маршал, вот их расплодил Наполеон, как блох на Трезорке.

— Шесть тысяч, в основном пехота, но есть и артиллерия, она защищает главный мост.

— Только дебилы прут захватывать Вену по мосту. Нормальные герои всегда идут в обход. В районе Пресбурга, где стоят мои корабли, переберёмся на тот берег и зайдём в город ночью, а утром будем методично прочёсывать квартал за кварталом и истреблять французов. Заодно и во дворец Хофбург наведаемся. Там столько всего проклятые «французы» украли. Нас вместе в четыре раза больше, чем лягушатников, придушим с божьей помощью. Да и без неё придушим.

Немцы, наконец, изобразили улыбку. Консенсус.

— Эх, так и не успел будёновки пошить своим, — Брехт покачал головой.*

*Будёновки были пошиты не большевиками. На всю армию их начали шить ещё в 1914 году, чтобы воины, победившие в Первой мировой, прошли парадом по Красной площади в шапках похожих на шлемы древних русичей. Большевикам просто склады достались.

Глава 26

Эпилог второй

В этом мире ничего не идёт по планам. Всё и всегда наперекосяк. Не хотел же влезать Брехт в эту войнушку, хотел ограбить Вену и Мюнхен, и что, оказался не только в самом эпицентре, так ещё и побил Буонопартия. По частям, правда. Да, почти во всех стычках первых сильно везло. Всегда заходил французам или в тыл или во фланг, и они тупо к этому не готовы были. А с другой стороны, разве оказаться в нужном месте в нужное время это не одно из достоинств полководца. Только с гвардией и кавалерией Мюрата пришлось встретиться лицом к лицу. Вывод простой — против пули Петерса и нарезных винтовок Бейкера, соединённых вместе, сейчас нет ни тактики, ни стратегии. Может, в голом поле конница Мюрата его два батальона пехотинцев втоптала бы в промороженную чешскую землю, но … Это восемь тысяч против тысячи двести. А если восемь против восьми?! Просто два залпа и нет конницы у Мюрата, да и самого Мюрата. А если, как при Бородино у него будет время подготовиться и флеши всякие настроить, или как с товарищем Даву ёлками огородиться, то и тысяча бы спокойно разделалась с восемью. О чём отлично свидетельствует битва под Белградом, там было, ну, пусть, в сумме четыре сотни против четырёх тысяч.