Бродерсен плавал, привязавшись и прислушиваясь к стуку крови. Ее приливы проходили легче, чем он ожидал. Только нельзя принимать никаких успокоительных, потребуется быстрая реакция до миллисекунды. Он‑то предполагал, что будет тугой струной. «Пиджин – действительно превосходнейшее лекарство».

Если бы только она могла быть здесь. Она не стала бы отвлекать его… по своей воле. Можно не сомневаться, что рядом с ней он сумеет остаться тем идеальным роботом, которым и должен быть. Тяжело только понимать, что скоро она могла умереть.

Стеф разместил детекторы и коммуникаторные пульты в электронной рубке; Джоэль‑голотевт и Сью‑линкер сделались частями корабля и словно пилоты вели его на приближающиеся рифы и буруны, Фил и Мартти находились в машинном отделении, хотя им оставалось разве что только потеть; Фрида расположилась в боевой рубке – вместе с Карлосом, успевшим разобраться и способным оказать ей кое‑какую помощь. Кейтлин утешала Фиделио. Коротко включившись, Бродерсен улышал, как они с бетанином обмениваются песнями.

Моргнувший экран и звонок заставили его обратить внимание на аутерком. Осунувшаяся физиономия Лоуэса выпрыгнула на экран.

– Сторожевой корабль. Вы готовы?

– Более или менее, – отвечал Бродерсен. – Только наша проблема никуда не исчезла. Остается надеяться, что приборы снова не взбесятся. Иначе мы угодим прямо в Грядущее Царство.

Временной интервал был почти незаметен. Дозса сообщил, что «Альхазен» располагается в нескольких тысячах километров. При увеличении его обтекаемый силуэт уже был различим, Бродерсен не видел причин для беспокойства.

– Я… надеюсь на выполнение прежней договоренности… ради вас самих, – проговорил Лоуэс. – Следуйте объявленному летному плану. Я остаюсь подключенным… Действуйте!

– Да. – Бродерсен проговорил в интерком:

– Капитан к экипажу: вы слыхали? – за дело. – Он увидел, как Лоуэс побагровел и стиснул зубы, словно бы еще раз убедившись, что имеет дело с шайкой пиратов. Невесомость подчинилась небольшому боковому переменному ускорению, и все ощутили кориолисову силу; «Чинук» раскручивал гироскопы. Они остановились, на миг корабль замер на орбите, а потом включил двигатели и ринулся вперед. Ускорение вдавило Бродерсена в сиденье.

Инструменты Лоуэса и компьютеры лишь через минуту определили, что происходит.

– Остановитесь! – завопил он. – Вы движетесь не правильно.

– Черт побери, если я знаю почему, – отрезал Бродерсен, самым лучшим образом стараясь изобразить возмущение. – Я же говорил, что у нас неприятности с двигателем. Слушайте – не мешайте мне.

– Что вы делаете?

– Неужели вы решили, что мы хотим сбежать по случайной траектории и исчезнуть навсегда? Вали с моей шеи, мне нужно затормозить корабль.

– Я даю вам очень мало времени, капитан, – Лоуэс сжал губы. Бродерсен и его экипаж обменялись заученными словами.

Ионный двигатель выключился, как и следовало, чтобы «Чинук» прошел путем, вычисленным для него Джоэль. В следующей точке перегиба корабль повернул нос. Радар мог бы обнаружить движение, будь он настроен на это, но Бродерсен рассчитывал, что это не придет Лоуэсу в голову.

– Навигационные оценки свидетельствуют, что мы можем задержаться на этой траектории шесть часов, не заходя в поле слишком глубоко, – сказал он. Это было верно. – Мои инженеры рассчитывают, что сумеют исправить поломку до этого срока.

Лоуэс поджал губы.

– Я хочу знать все. Почему вы не сообщили об этом раньше?

– Разве мы не должны были соблюдать молчание? Мы не преступники, капитан, а законнопослушные граждане, стремящиеся попасть домой и обелить свои имена.