Бродерсен запросил текст запрета. Мрачно пробежав его, он отстегнулся и принялся расхаживать среди приборов, гладких переборок и усыпанных звездами экранов командного центра. Наконец он включил интерком.

– Капитан вызывает главного инженера, – проговорил он. – Фил, не подойдешь ли ко мне? – Частью своей души он представил разочарование Кейтлин, не услышавшей от него ни слова. «Потом, потом – скажу и ей и всем остальным». Но сперва следует проконсультироваться с главным техническим экспертом на борту, более того – с самым старинным его другом среди всех членов экипажа.

Вейзенберг ввалился в дверь. Морщины на лице его ничего не выражали, в них редко можно было что‑то прочесть.

– Что случилось, Дэн? – спросил он на тягучем английском. Родители его, неохасиды, перебрались на Деметру, чтобы избежать преследований в Священной Западной республике.

– Ты ведь слышал, не так ли? – Как было заведено, Бродерсен передавал свой разговор с Янигьяном по интеркому. – Проверь материалы, связанные с Колесом Сан‑Джеронимо, и скажи мне, на что все это похоже.

Вейзенберг уместил свою сухопарую фигуру в кресле перед терминалами. Наступило молчание. Бродерсен ощутил, что вспотел.

– Ну? – не вытерпел он наконец. Вейзенберг посмотрел на него.

– Все так неопределенно, – выговорил он.

– Ничего себе неопределенно! Кто, по их мнению, может поверить дурацкой болтовне относительно тривиальных исследований, в течение многих месяцев проводимых на историческом памятнике?

– Любой человек, лишенный склонности к паранойе, Дэн. Фондам случается осуществлять странные предприятия, и интересующий тебя монумент не слишком‑то важен для человечества.

Бродерсен ухнул кулаком в перегородку и ощутил боль.

– Ну хорошо, я параноик, ты тоже. Но мы здесь! И не без причины. «Эмиссар» где‑то задерживают, если корабль и его экипаж уже не уничтожены. Разве Колесо логически не подходит для заточения корабля?

Вейзенберг кивнул седой головой:

– Так, если тебе очень этого хочется. Ни один корабль не пройдет возле запретной зоны. Во всяком случае ни у кого не возникает причин включать сканеры на максимальное увеличение, чтобы пытаться увидеть на орбите модифицированный корабль класса «Королева». – Длинные пальцы коснулись острого подбородка. – А где сейчас находится Колесо?

Сюзанна куда‑то отлучилась, в противном случае Бродерсен получил бы информацию немедленно. Но на этот раз пришлось повозиться с клавиатурой. Они с Вейзенбергом глядели, разглядывали цифры, появившиеся на экране.

– Да. Не так уж далеко от нижнего соединения с Землей. Что позволяет считать Колесо тюрьмой с еще большей вероятностью.

Из кресла Вейзенберг посмотрел на шкипера, согнувшегося над ним.

– Ты хочешь сказать, что нам следует смотаться туда и заглянуть? – негромко проговорил он.

– А что же еще?

– Лучше направиться, как предполагалось, к Земле – в соответствии с объявленным маршрутом, – поднять Руэда, как было намечено с самого начала.

– Рискуем, – возразил Бродерсен. – Им потребуется время и предлог, чтобы послать корабль, при всей земной чиновничьей волоките. Тем временем может случиться буквально все что угодно. Во всяком случае у Аури Хэнкок непременно рано или поздно возникнут подозрения – скорее всего рано, подлая сучка хоть и стара, но сметлива. Ну а пока у нас есть темп. Если «Эмиссар» находится именно там и мы сможем передать об этом известие в Лиму… лучше снимки… а можно даже сделать публичное заявление… такая информация разнесет в клочья этот дурацкий заговор! – закончил он разом.