– И это твоя цена за чужую жизнь? Получается, жизнь твоего соотечественника ничего не стоит?

Чан сжимает губы в тонкую линию, его глаза наполняются слезами, но он больше не произносит ни слова.

И это режет по сердцу Сидзуки не хуже ножа.

Правосудие, закон, братская любовь – все это теряет смысл перед лицом нищеты. И как бы ни было горько, это правда: бедность – почва для преступлений. Пока инстинкт выживания не исчез, голодный человек – это зверь и дьявол. Сидзука, видевшая со своего судейского кресла сотни таких грешников, падших в борьбе за жизнь, слышит в молчании Чана безмолвный крик.

– Черт тебя подери! – наконец отведя взгляд от Чана, ругается Гэнтаро.

Сидзука невольно солидарна с ним.

* * *

Выйдя из комнаты после встречи с Чаном, они видят на улице угрюмого мужчину.

– Господин президент, спасибо за вашу работу.

– Канэхира! Как дела?

Значит, это тот самый Канэхира, ответственный за строительство, о котором говорил Гэнтаро.

– Все оказалось так, как вы и предполагали, господин президент. Во время переклички отсутствовал не только Нгуен, но и еще один человек.

– Кто же?

– Его фамилия Дзукэран, он руководил объектом на участке номер сорок четыре. Сотрудник компании «Айти Воркстейшен». Он лично проводил перекличку. И разумеется, у него есть лицензия на управление краном.

– Участок номер сорок четыре… Это на два этажа ниже. Как он сумел избежать допроса?

– Если услышите, на что он пошел, у вас ноги подкосятся.

– Выкладывай.

– Все рабочие сорок четвертого участка – иностранцы, связанные с «Айти Воркстейшен».

– Значит, они все дали ложные показания?

– На самом деле перекличка началась с десятиминутным опозданием. А за десять минут можно легко спуститься с верхнего этажа на сорок четвертый.

– Ты молодец, но как тебе удалось это узнать?

– Я присматриваю за одним молодым вьетнамцем. Еле удалось выведать у него информацию с условием, что он не будет давать показания в суде.

– Остается только взять за горло этого Дзукэрана.

– Говорят, он на содержании у президента Канэмуры. Не возражаю против того, чтобы прижать якудза, но…

– Погодите, господа, – не выдержав, вмешивается Сидзука. – Не могли бы вы воздержаться от антисоциальных высказываний в моем присутствии?

– Сделай вид, что ничего не слышала.

– Ни за что.

– Лично я никуда не пойду. Этим займутся горячие головы из дочерних компаний.

– В таком случае чем вы отличаетесь от этой преступной группировки?

– Как говорится, око за око, зуб за зуб!

– Вы правда решили прочесть мне Кодекс Хаммурапи?

Гэнтаро смотрит на нее как ребенок, которого упрекнули за шалость.

Интересно, каков внутренний возраст у этого старика?

– Ну даже если мы прижмем этого Дзукэрана, на этом дело не закончится. Да, это плохой ход.

– Что же вы тогда собираетесь делать с этими мерзавцами, господин президент? – серьезно спрашивает Канэхира.

Интересно, все, кто работает под началом Гэнтаро, становятся воинственнее?

– Пусть и недолго, но они работали на одном объекте с нашими людьми. Убивать их вот так… Эти убийцы не люди.

– Ну ладно, при даме будем сдержанны. Успокойся, Канэхира. Тут надо действовать открыто и честно.

Глава 4

На следующий день Сидзука вместе с Гэнтаро стоят перед новостройкой.