|
. Голос Вирджинии. Соскакиваю на пол: – Сейчас!.. Сейчас!.. Подбегаю к двери, приотворяю. – Сойдите в сад! – шепчет она, задыхаясь, крайне возбужденная. – Немедленно!.. Немедленно!.. Мне нужно поговорить с вами! Ой-ой-ой! Что такое стряслось? Могу поклясться, какая-то беда!.. – What? What?.. Я заикаюсь, запинаюсь… Мне не терпится знать, что случилось… Спрашиваю вновь и вновь: что за ерундистика? Что стряслось?.. Она отважилась – хватило же смелости! – подняться ко мне, пока дядя пьянствует в нижнем этаже. Хватает же у баб нахальства!.. Как только у вас пропадает желание говорить с ними, они сами заявляются к вам! Ей угодно пойти со мной в сад… Ладно, минутку терпения!.. Снова надо торопиться, а я уж совсем обмяк, весь во власти сонных грез… Куда это она собирается меня тащить? Новое совращение?.. Пользуется тем, что дядя наклюкался! Это уже подлость!.. Порочность с младенчества!.. Может, на нее так подействовало кино?.. Танцевальный зал?.. Меня это как-то не вдохновляло. Нечего сказать, разбитная, порочная девчонка!.. Нет, подумать только, плоть в ней бунтует!.. Уж извините, господин Состен! Маленькая чертовка!.. Он-то не знал, что она была со мной… Вот вам и заклинания! Моя оборона стала слабеть… Пленился, лишился воли… Эх, влечения юных лет!.. Ну вот, я оказался во власти девчонки. Отчего бы не вернуться в «Туит-Туит»? Ах, чертова соплячка!.. Я второпях одеваюсь… Будь по ее… Пойду с ней, куда она ни пожелает… Только бы не вошла прямо в спальню – я ведь нагишом!.. – Go down! Go down.. Я сейчас сойду!.. Она спускается по лестнице впереди меня. Я спешу… Ну, вот мы и на месте, вдвоем в саду… Я почти не вижу ее в потемках… Она берет меня за руку и ведет подальше от дома… Идем через лужайку, мимо оплетенной плющом стены… – Фердинанд… Фердинанд! – шепчет она мне на ухо. Встревожена, да и голос изменился… Я прижал ее к себе, но лица ее не видно. Она же все твердит «Фердинанд!» да «Фердинанд!» – Фердинанд what?.. – спрашиваю я так, на всякий случай. – Ну, что «Фердинанд»?.. Мыслями я был бог знает где в эту минуту. – Ох, Фердинанд!.. Ох… – дальше не шло, слова застревали у нее в горле. – Да что же?.. Что?.. Я слегка встряхиваю ее. Нет, ничего я не понимаю в ее шарадах… Что, в конце концов, она хочет сказать?.. – Well! Well!.. Я не отступаюсь. Пусть объяснится наконец!.. Она целует меня, но ничего не говорит… Не пойму, чего ей нужно… Сам целую ее, приговаривая: – Дорогая! Милочка моя! Прижимаю ее к себе… Мне кажется, ей именно этого хочется, чтобы я ласкал ее вот так, стоя… Только это не настоящее, сам понимаю… Конечно, я не должен был… А если это новая промашка, новая ловушка для меня? Колдовской дурман? В расчете на то, что я вновь дам волю своему сладострастию?.. Она отнюдь не огорчится, а будет просто ждать, что я наделаю глупостей… Хоть бы что-нибудь сказала!.. Но она молчит, плачет, рыдает мне в плечо, стоя во мраке… Чувствую себя полным дураком… Она вообще-то не плаксива… Уж не знаю, что и думать… – Вирджиния! Вирджиния!.. Упрашиваю ее, ласкаю. – Dear what is it? Что случилось?.. Я не знаю, что и думать… Приходят в голову разные предположения: дядя снова взялся за нее, задал ей новую взбучку… или что-то такое, в чем она не смеет признаться мне… – Дядя поколотил вас?.. Whip… Whip Uncle? – О, нет! No!.. Значит, что-то другое… – Так что случилось? Then what is it? Надоело мне ее хныканье!. |
