— А… — кивнула девушка, а затем перевела взгляд с кадки с покосившимся деревом на меня. — Нет, я… не об этом задумалась.

— О чём же тогда?

— За меня впервые кто-то заступился.

— Что? — Моему удивлению небыло предела.

Как можно не заступиться за такую красотку?

Девушка вдруг покраснела и засмущалась. Кажется, последнее я сказал вслух.

— Спасибо, конечно, но… работа такая. Его Величество не очень любит принимать посетителей. Я каждый год с боем утверждаю график приёмных дней. Ну, знаете, когда любой человек может прийти к Императору и рассказать о своих проблемах.

— В самом деле?

Она поманила меня пальцем, я подошёл к её столу, сел в кресло и наклонился к девушке. От неё шёл приятный цветочный аромат. Ненавязчивый, лёгкий, как первый весенний ветерок.

— Между нами, — зашептала она мне в самое ухо. Я чувствовал на коже тепло её дыхания. — По одному древнему закону Императору положено выделять каждый месяц один день на посетителей. Он не обязан удовлетворять все их просьбы, но выслушать должен. Но государь не позволяет объявлять об этом дне на всю страну. Сами понимаете, очередь здесь была бы на годы вперёд.

Я кивнул.

— Понятное дело, слухи всё равно ползут, — продолжала девушка. — Но за пределами столицы особо никто не знает.

Теперь ясно, почему я никогда не слышал об этом дне. Ярославль, и тем более Пятигорск, довольно далеко от Петербурга.

Я не спешил отстраняться от девушки, она от меня — тоже.

— Император довольно часто помогает, но всё же не всегда, — шептала она. — Некоторые, кому он не помог, выплёскивают свою обиду на меня. Я уже привыкла, но… за меня никто ни разу не вступался за все пять лет, что я работаю здесь.

Я отклонился назад и заглянул в её лицо. Девушка робко подняла глаза.

— Не понимаю почему, — тихо сказал я.

— Спасибо, — нерешительно произнесла она одними губами.

Которые, кстати, были довольно близко к моим. Так близко, что я ощущал жар её тела своей кожей. Я начал тонуть в травяном море её глаз.

В этот момент на столе секретарши зазвонил телефон. Она аж подпрыгнула от резкой трели, а у меня ёкнуло сердце. Затем девушка прочистила горло и сняла трубку.

— Хорошо, — сказала она спустя секунду и с грустью взглянула на меня. — Его Императорское Величество ждёт вас.

Глава 21

Я подошёл к двери и взялся за толстую вертикальную ручку. Она оказалась холодной и гладкой на ощупь. На секунду обернулся к секретарше и спросил:

— Какой он? Император… На самом деле?

Она подняла глаза к потолку и коснулась указательным пальцем своих алых губ.

— Сложно сказать. Он необычный человек, я таких больше не встречала. Ты заходи и сам узнаешь.

Я кивнул и толкнул тяжёлую створку. Безупречно белая, с замысловатой резьбой и вкраплениями из чистого золота. По крайней мере, блестели они, как золотые. Когда вошёл, дверь тихо закрылась за мной, а я оказался в небольшом, но богато обставленном кабинете. Вдоль стен тянулись шкафы с книгами — в основном на юридическую и историческую тематику.

Под ногами лежал мягкий ковёр искусной работы. Дальний край кабинета, по всей видимости, выступал за пределы здания, как башня замка. Полукруглый, с окнами на три стороны света. За стеклом на горизонте раскинулась гладь Финского залива. Хоть страны такой и не существовало больше, но залив сохранил привычное название. Центр помещения занимал Т-образный стол со стульями вокруг и креслом во главе.

Император стоял возле окон спиной ко мне, не шевелясь.