И он опять захохотал, запрокинув голову к небу и чуть не уронив шляпу.

Какой же приятный момент!

Аристократ сжал кулаки и мрачно сказал:

— Знаешь, Вано, я хотел просто перебить вас, но теперь уделю тебе куда больше внимания, чем ты этого заслуживаешь. В теле человека больше двух сотен костей. И все их можно сломать.

— У-у-у, какой грозный. Аристократ с Инсектом. А лишить, и кто ты без него?

— Барон, филантроп, стрелок, вышибала, — не моргнув и глазом сказал бугай.

Его невозмутимость злила Вано. Пора преподать ему урок вежливости!

— Парни, а давайте он для нас станцует? — крикнул Вано и начал стрелять в землю рядом с ногами барона. Но тот опять не шелохнулся.

Никакого удовольствия! Чтоб он сдох!

— К чёрту! Убейте его, и валим отсюда!

Защёлкали курки ружей и пистолетов. Затем раздались выстрелы. Но стреляли не они, а по ним! Крупнокалиберный пулемёт из головы поезда ударил по всадникам, скашивая их ряды.

— Твою мать! — завизжал Вано, увидев, как аристократ с кровожадной ухмылкой молниеносно приближается к нему. — Убейте гада!

* * *

Главарь выстрелил несколько раз, целясь в грудь громилы.

Там же

Николай

Когда со стороны паровоза начал стрелять пулемёт, я понял, что это мой шанс. Направил потоки маны в ноги и устремился к ублюдку Вано, собираясь одним ударом сломать несколько костей. Но тот начал стрелять. С перепугу стрелял он плохо и предсказуемо. Я успел отскочить в сторону, и артефактные пули пробили броню багажного вагона.

Я был уже в нескольких прыжках от гада, но его люди наконец открыли ответный огонь. Часть стреляла по мне, оставляя в земле воронки размером с мой кулак. И мне пришлось отступить. Я бросился назад к поезду, прыгая зигзагом, чтобы было труднее по мне попасть, и нырнул под вагон. Бронированные щитки и рельсы прикрыли меня.

— А-а-а-а-а! — слышал я крик. Но из-за грохота пулемёта не мог понять, кричит женщина или мужчина.

Пули свинцовым дождём обрушились на банду Вано. Они вырывали куски мяса у лошадей и отрывали конечности у людей. Те аж подлетали в воздух, разбрызгивая рубиновую кровь. Воздух наполнился криками и дымом.

Я воспользовался суматохой и выбрался из укрытия. Пулемёт стрелял беспорядочно, но в целом в одно место. Тех, кто убегал из зоны поражения, ловил уже я, убивая с одного удара. Я как следует напитал мышцы маной, и они не уставали, позволяя совершать огромные прыжки. А маны я чувствовал в теле значительно больше, чем раньше. Значит, бои, тренировки и всё остальное сделало меня сильнее. Но что с Инсектом? В какой-то момент попытался вновь его призвать, но сколько ни тужился, ничего не вышло.

— А-а-а-а-а! — по-прежнему голосили сверху.

Вдруг пулемёт смолк, и я понял, что кричала девушка. И она продолжала вопить.

Вано повезло больше, чем остальным его товарищам. Их разорванные тела валялись где попало, выжившие лошади таскали оторванные ноги, застрявшие в стременах. А вот Вано выжил. Он побежал к одной из уцелевших лошадей, уронив шляпу.

Уйдёт ведь, гад!

Я бросился следом, но бандит, чувствуя как смерть, то есть я, уже покусывает за пятки, будто крылья отрастил. Он вмиг вскочил на лошадь и бросился вскачь. Мощный жеребец быстро развивал скорость. Нет, такого я не смогу догнать, а вот мешок — сможет! Я сорвал с одной из убитых лошадей мешок с драгоценностями и со всей силы швырнул в Вано.

Куль с лёгким звоном тюкнул Вано в затылок, и тот упал на землю. Инерция протащила его по траве и сухой земле. Когда я подбежал, он ещё лежал. И вставать не собирался.

Потому что из головы бандита торчал колпачок чьей-то дорогой ручки с рубином на конце.