|
Как хотите, а я - на правах старшего врача - настаиваю на вашем пребывании в госпитале. И немедленно! Пацевич застегивал пуговицы. - Зачем вы издеваетесь надо мной? - вдруг отчетливо сказал он. - Ведь я-то хорошо знаю, что у меня нет никакой контузии. Вам просто надо, чтобы я избавил вас от своей неприятной особы. Так ведь? Сивицкий посмотрел на его дрожащие пальцы. - Но, господин полковник, - возразил он, - вы же никак не можете видеть, что у вас творится сзади! Пацевич грустно улыбнулся: - Выходит, что вы тоже считаете меня дураком. Только у меня хватило ума, и в зеркало все хорошо видно, что творится у меня сзади. Не надо меня шантажировать. Тифлис назначил меня командиром гарнизона - Тифлис меня и снимет, если я окажусь непригоден. Когда доктор ушел, Пацевич долго сидел, о чем-то тяжело соображая. Было ему гораздо не по себе. "Издеваются, сволочи!" - лениво выругался он и кликнул своего деншика. Парень моментально вырос в дверях, красуясь здоровенным синяком под глазом. - Чего изволите? - Почему утром не зашел? - - спросил его Пацевич. - Я думал, вы спите ишо. Пацевич возмутился: - Офицеры не спят, а отдыхают. Это вы, быдло, храпите там, где вас положат. А я - отдыхаю... Синеву-то тебе, скобарю, кто под глазом навел? - Да это вы-с, Адам Платонович, - обиделся денщик. - Выпимши были. Потому и не помните. Полковник сумрачно отвернулся. - Сходи, - сказал он тихо, - к Исмаил-хану, сходи... Пускай он бутылку нальет... У него, я знаю, еще имеется. В ожидании денщика командир гарнизона переменил чехол на фуражке. Поплевав на козырек, протер его до блеска рукавом сюртука. Шашку он отцепил, зашвырнув се в угол. Вместо нее привесил к поясу револьвер. - Чего бы еще? - рассеянно огляделся он. Тут денщик поставил перед ним бутылку с вином. Пацевич выгнал из стакана зеленую муху. И тягучий густой чихирь скоро весь, до последней капли, перекачался из бутылки в нутро полковника: Пацевич повеселел, но ему, как бывалому пьянице, казалось, что для полного счастья не хватает еще чуть-чуть. Стакана даже и не надо, пожалуй. Но вот полстаканчика он бы выпил с удовольствием. С таким-то настроением он и навестил хана. - Премного обяжете, сиятельный хан, - сказал он, - если дадите мне еще разочек чихирнуть! Уже не сердитесь на старика, но сами понимаете... Да нет, куда вы! Хватит. Мне бы только чуть-чуть. Это, кажется, кукурузная водка? - Арака, - ответил хан. - Ну, что ж. Вода, как сказал великий писатель Марлинский, существует для рыб и раков, вино - для детей и женщин, а водка - для мужей и воинов. Ваше здоровье, хан! "Муж и воин" почувствовал, как арака, мутная и теплая. двинула сначала куда-то в нос, перешибла дыхание, потом толчком ударила в голову. - Крепка! - сказал Уацсвич. Он прошел под арку вторых ворот. Прислонился к стенке, чтобы не выдавать своего хмеля. Говорил он вполне благоразумно, и человеку, который мало его знал, полковник показался бы даже абсолютно трезвым. Тут он встретился с Ходжи-Джамал-беком, подробно расспросил его о городских событиях и сплетнях. - Какой же Фаик-паша предлагает нам квартал, если мы согласимся на сдачу? - За рекой, сердар. |
