Изменить размер шрифта - +

     - Вот вам пища для ума! - сказал он. - Сравните стоимость цен. Даже та копейка, которую солдат держит в загашнике, не поможет ему иметь приварок.
     Бумажка заходила по рукам офицеров; она сохранилась в архивах, и мы ее приводим здесь полностью:

     ___________________Игдыр___Баязет
     Фунт баранок______ 2 коп.__30 коп.
     Чеизерка табаку
     Жукова ____________15 коп._2.20 коп.
     Головка сахару____7 коп.__85 коп.
     Бутылка водки____40 коп._1.30 коп.

     Когда собрание закончилось, Клюгенау нагнал прапорщика Латышева на улице и сказал:
     - А вы не боитесь, что солдаты устроят вам хороший балаган без ярмарки за такую дешевку?
     - Чего же мне бояться, - скромно возразил прапорщик. - Я ведь все по-честному!
     - Это похвально, что вы такой честный, - продолжал барон. - Только вашу честность еще не пришло время зарезать, чтобы сварить из нее похлебку.
     Однако, невзирая на все эти передряги, гарнизон жил крепкой и ладной жизнью. Даже о Пацевиче офицеры продолжали отзываться с некоторой надеждой.
     - Ничего, - говорили они, - пусть-ка повоюет, пусть-ка хлебнет воды из бурдюка в походе, тогда переменится!
     Пацсвич, до которого доходили эти разговоры, сердился.
     - А я не дурак, - возражал он, - чтобы пить вонючую воду из бурдюка, когда на майдане, хоть залейся, полно чихиря и кахетинского.
     И, говоря так, частенько добавлял:
     - Черт его знает, куда я попал! Солдаты - какие-то дохлые, а офицеры - карьерюги и сплетники, так и подсиживают один другого...
     С майдана несло удушливой вонью. В крепостном рву злобно грызлись собаки над падалью. "Хаш, хаш, хаш!" - доносились выкрики торговцев мясом. В убогих саклях тихие печальные армянки ткали пряжу по древнему способу Пенелопы и пели о счастливой жизни за морем. На дворе цитадели глухо ревели верблюды, желудкам которых никак не могли угодить солдаты. Из кавалерийских кузниц несло жаром и грохотом. На речном берегу денщики дрались мокрым офицерским бельем.
     И штабс-капитан Некрасов, неугомонная душа, поучал молодых солдат на плацу:
     - Приклад к плечу прижимай плотно. Дави на спуск плавно.
     Выстрела не бойся. Своя собака хозяина не кусает. Вот я сейчас покажу вам, как надо жарить по цели!
     Штабс-капитан нащупал на мушку цель. "Видишь, - сказал, - спокойно надо! - И, вместо выстрела, только слабо тикнул курок. - Что за бес такой?" - рванул затвором, переставил патрон, и - опять: тик! - а выстрела не было.
     - Вы не поверите мне, - делился потом Некрасов с прапорщиком Клюгенау, - но виноваты оказались патроны. В злости я велел разворотить весь ящик, и кто бы догадался, что вместо пороха патроны набиты... пшеном. Да, да, настоящим хорошим пшеном, из которого можно сварить кашу. Ну, что вы скажете мне на это?..
     Милиция тоже бывала на стрельбище, но там все было гораздо проще. Исмаил-хан Нахичеванский садился на пригорке, ставил по левую руку от себя ведро с водой, по правую - ведро с чихирем.
     Попал милиционер в цель - пей стакан чихиря, высадил пулю мимо - глотай стакан воды. Богу - божье, кесарю - кесарево!
     - Подход нужен, - мудро говаривал Исмаил-хан, сидя между двух ведер на командирском пригорке.
     Штоквиц однажды не вытерпел.
Быстрый переход